Надо что-то необычное. Не будем же мы пить обычную водку или самогон! Это же выдуманный мир, все-таки. Надо раздобыть что-то эдакое. Точно! Есть одна дама, таланты и пристрастия которой мне могут в этом помочь. Да и будет совсем не лишним позвать ее с собой.

Перелет через портал, преодоление огромного количество ступенек, почти полностью лишивших меня полоски выносливости, и вот я стою перед одной из дверей, в которую меня направил Велес.

Я приоткрыл дверь и, просунув внутрь голову, громко произнес:

— Ту-тук-тук, Елизавета, ты… Ах ты ж, обскубать мой лысый череп!

Красавица с фиолетовой кожей и синими кудрями по плечи была занята работой, и те кропотливость и внимание к деталям, с которыми она ее выполняла, восхищали.

Помещение было чем-то сродни гигантскому ангару с таким ярким освещением сверху, что потолок просто невозможно было рассмотреть. Белые стены тоже расширяли и без того громадное помещение прям-таки до несоизмеримых объемов.

Прям посреди этого ангара стояло пять строений, выполненных в миниатюре. Конкретный масштаб сказать тяжело, но то, что высота каждого в два метра, в реале должна быть метров десять-двадцать, это бесспорно.

Все пять были аренами, кардинально отличавшимися друг от друга по материалам и самой архитектуре.

Первым было овальное строение, состоящее из желтых блоков и напоминающее осиное гнездо.

Вторая арена — идеально круглая и из стекла. Схожесть со зданием администрации на лицо.

Третьим был футбольный стадион, только выполненный больше в древнегреческом стиле, чем в современном: высокие колонны, отсутствие крыши, все из камня.

Четвертым стоял стальной квадрат, внешняя обшивка которого переливалась, как бензин, пролитый на асфальт.

В данный момент Иззи склонилась над пятой ареной. Там была построена лишь нижняя часть — фундамент в виде трапеции.

— Что скажешь? — даже не обернувшись, спросила у меня Елизавета, когда я подошел ближе.

— Это для турнира?

— Какая проницательность. Для чего же еще? — как-то отрешено огрызнулась она, всматриваясь в фундамент перед собой.

— Ну чо сказать тут… Мне по нарву третий вариант, который с колоннами. Для Мирантира самое то. Вроде грандиозно и современно, а вроде старинно и завораживающе.

— Как сказал бы ты: чоб меня лысые крысы отодрали, Николай, ты чо, начал разбираться в архитектуре? — весело воскликнула женщина, копируя меня.

— Ну чо ты отэто начинаешь… Ты ж сама меня спросила, от я и ответил.

— Да ладно, мой хороший, не обижайся, — цемнула она меня в щеку, — я и сама к этому варианту склоняюсь. Даже уже начала прорабатывать другие постройки в таком же стиле. А раз ты одобрил, то продолжу двигаться в этом направлении, — внезапно Иззи отстранилась и как-то подозрительно прищурилась. — А ты чего вообще приперся? Опять что-то от меня надо? Или так, за плотскими утехами?

— А вот и не угадала. Пригласить тебя хочу на гулянку одну.

— Даже та-а-ак, — Елизавета вновь подошла ко мне вплотную и закинула руки на шею. — Что за гулянка?

— А это важно? Я думал, ты отэто, за любой кипишь.

— Что есть, то есть. Ладно, уговорил. Какая форма одежды в этот раз? — с игривой улыбкой подмигнула она мне.

Я оценивающим взглядом окинул прикид Елизаветы. Легкое бирюзовое платье с глубоким вырезом в районе декольте, но вот все остальные прелести прилично прикрыты.

— Годится эта! — воскликнул я с улыбкой, подмечая, что к кудрявой прическе сегодня прилагались не менее кудрявые ресницы. Как она вообще ими моргает и не спутывает их друг с другом?

— Ну тогда пойдем? Или, может, сначала… — игриво закусила губу Иззи.

— Без “может, сначала”! Люди ждут! И это… Можно у тебя позаимствовать пару бутылок самого лучшего и необычного вина?

— Так и знала… Тоже мне, женишок… — наигранно надула губки женщина, а затем резко заорала что было мочи: — Верес! Сюда! Быстро!

— Уже здесь, — послышалось из-за спины через пару секунд.

— Принеси сюда с особого стеллажа три бутылки номера два и бутылку номера девять. И побыстрее! Мы с Николаем спешим!

Зверек исчез в мгновение ока.

— Так все же, что за повод?

— Да мы тут в одну передрягу попали на Пиратской территории… И благополучно из нее выбрались. Хотим отметить.

Сначала на лице Елизаветы появилось удивление, а затем явное возбуждение. Во втором я уверен точно. И трепет ее тела тому явнейшее подтверждение.