Идти по слежавшемуся песку было легко, ноги не вязли. Постепенно храм приближался, и становилось ясно, насколько он огромен. Казалось, каменная громада нависала над людьми, угрожая вмять их в песок и расплющить.

Внезапно Ирина остановилась:

– Что-то здесь не так…

– Что вы имеете в виду? – напрягся майор.

– Не знаю, как сказать… Может, чепуха, нервы шалят…

– Ну а всё-таки?

– Да какое-то здесь всё очень яркое: песок яично-жёлтый, небо синее-синее, как будто его нарисовали, пальмы, как в мультике диснеевском. Я Египет запомнила совсем не таким: он был серым, тусклым, пыльным. А здесь всё по-другому. И я не знаю, хорошо это или плохо.

– По крайней мере, это не опасно. А ещё что?

– Да вот храм этот. Обычно вокруг таких зданий в Египте полно куч мусора, ям, каких-то канав, в общем, следов человека. Да-да, в том числе и тех, о которых вы подумали. Египтяне в этом плане не очень-то чистоплотны. А здесь… Как будто храм построили в другом месте, а потом принесли, разровняли песок гигантской лопатой и воткнули его где захотелось. Понимаете?

– Пожалуй… – негромко сказал Вэ-Вэ, разглядывая храм как бы заново. – А вы что скажете, Яков Исаевич?

– Пока ничего… – пожал плечами Райзман. – Подойдём поближе – увидим.

Храм был развёрнут фасадом к Нилу. «Избушка, избушка, повернись к Нилу передом, к пустыне задом», – усмехнулся про себя Вэ-Вэ.

Потом песок кончился, и они вступили на широкую и прямую аллею, вымощенную тщательно подогнанными плитами из песчаника. Аллею охраняли два ряда небольших и совершенно одинаковых сфинксов, представлявших собой странную помесь льва и собаки. Терпеливые скульпторы вырезали у каждого фантастического зверя клыки, когти и даже кисточки на хвостах. Между сфинксами были высажены цветущие кусты и пальмы.

– Какая-то незнакомая пальма, – заметил Вэ-Вэ. – Раньше мы таких не видели.

– Это гифена или по-другому дум-пальма , – объяснила Ирина. – Видите, ствол двоится в виде буквы V? В наше время в Египте они уже не растут, но ещё кое-где встречаются в африканских саваннах, а здесь – пожалуйста. Ой, смотрите, бассейн, даже два! Как красиво!

Аллея вела их между двумя мелкими прямоугольными бассейнами. Вода в них играла и искрилась. На стенах и на дне бассейнов были с большим мастерством нарисованы водные растения, между которыми шныряли красные рыбки.

– Если это храм Себека, [5] в бассейне могут быть священные крокодилы! – предостерёг Райзман.

Майор осторожно заглянул через бортик.

– Здесь только разноцветная рыбья мелочь.

– Ну и ладно! Тогда смело идём в храм.

Белокаменный портал храма между двумя мощными пилонами был украшен искусной резьбой, но разглядывать её путешественники не стали. Райзман почти вбежал в гипостиль, [6] остальные поспешили за ним и… замерли, скованные удивлением. Перед ними стояло странное, невозможное существо: человек пятиметрового роста с птичьей головой.

– Тот! – ахнул Райзман.

Он сделал несколько шагов вперёд, неуклюже поклонился и, запинаясь, произнёс какую-то фразу, вероятно, на древнеегипетском.

Существо посмотрело на Райзмана одним глазом, потом по-птичьи повернуло голову и глянуло другим. Внезапно зверобог замглился, и вот, на его месте уже стоит египтянин обычного роста, одетый в длинную набедренную повязку шенти и кожаные сандалии. Мускулистую грудь бога украшала массивная пластина из золота и не огранённых драгоценных камней, на голове был чёрный парик из овечьей шерсти.

Райзман уже увереннее повторил фразу.

Бог Тот поморщился и поманил Райзмана к себе. Египтолог безбоязненно подошёл. Тот слегка стукнул его по голове жезлом, украшенным знаком иероглифа Анх. [7] Райзман поперхнулся, но вдруг бодро заговорил по-египетски.

– А что? Неплохой метод скоростного изучения иностранного языка! А мы-то в школе мучились… – хмыкнул Вэ-Вэ. – Теперь наша очередь! Вперёд, за знаниями!

– Привет тебе, Тот, Почтенный Ибис! – напыщенно изрёк Райзман.

Бог Тот усмехнулся:

– Пусть возрадуются и ваши Ка! [8] Вам удалось удивить меня, смертные, а это случается нечасто, даже по меркам богов. И вообще, вы первые люди, которые смогли попасть в Страну Богов.

– В Страну Богов?! – переспросил Райзман дрогнувшим голосом.

– Именно. Вы не в Та-Кемет, [9] а в ином плане бытия. Правда, в нашем языке нет такого понятия, но пока я передавал вам знания, чтобы мы могли понимать друг друга, я покопался в ваших головах и теперь знаю, что оно означает. И вообще, не нужно рассказывать, кто вы, что такое портал и зачем вы вступили в него. Теперь я знаю всё, что знаете вы. Но вновь скажу: я удивлён, а правильнее будет сказать – изумлён. Вы не лжёте, я чувствую это, мне вообще никто не может солгать, но истина, которую вы принесли, слишком уж необычна. Я должен обдумать её. А где лучше всего думается? Конечно, за столом! Чаша вина сейчас будет нелишней!