Я испугался, сразу вспомнив слова Забиякина, что ни в коем случае нельзя показывать свою открывшуюся способность. Если на меня пошлют элементалей, я их просто проигнорирую! Магия здесь бессильна! И пацаны заинтересуются. Слухи поползут. Придется слезать. Тяжело вздохнув, осторожно нащупывая под ногами сучки и ветки, спустился вниз и отряхнул одежду от налипшей коры и сухих обломанных веточек. И мгновенно получил подзатыльник от Клопа.

– Ну, ты, бочонок пузатый! – оскалился он. – Обязательно надо по десять раз повторять!

– Отвали от него, насекомое, – предупреждающе качнулся в его сторону Ворон, и Клоп сразу же угомонился. А наш «смотрящий» оценивающе смерил меня с ног до головы. – Рассказывай, пацан, о чем с Забиякой трещали. Зачем он тебя в сторону отвел?

– Да ни о чем не говорили, – ощущая дрожь в коленях, ответил я. – Расспрашивал, в порядке ли я, уши проверил. Какой-то комр…кампри…. Удар, в общем.

– Компрессионный удар, – кивнул Ворон. Ну, дураком он не был, учился неплохо, схватывал знания на лету. – А от чего? Мы же под защитой все стояли. Почему тебя долбануло? Тоже, как Тихий, искру словил?

– Ничего я не ловил, – озираясь по сторонам, намечаю пути к отходу. Боднуть головой Олега, свалить его с ног всей своей массой, и забежать в корпус. Словно почувствовав мое настроение, Клоп цапнул меня за ворот рубашки. – Ну, честно! Стоял себе, стоял, и вдруг по ушам хлопнуло! Сразу кровь пошла!

– Дураком прикидывается, – уверенно сказал Олег, помахивая сломанной веткой перед моим носом. – Наверное, Дар почувствовал и с испугу сломал защиту. Такое, говорят, бывает. Эй, Вик, покажи нам, что умеешь!

– Отвалите, придурки, – я дрыгнул ногой, пытаясь достать Клопа, но тот со смехом отпрянул назад, не отпуская меня. – Ворон, ну, честно! Забияка сказал, что такое иногда бывает, защита проседает.

– Свистишь, косой! – наш «смотрящий» прищурился. – Чтобы боевой маг да облажался на защитном барьере! Что-то здесь другое. Совсем другое.

Парень неожиданно призадумался, пристально глядя на мое испуганное лицо. Потом подмигнул и жестом показал Клопу отпустить мою рубашку.

– Ладно, не хочешь похвастаться – хрен с тобой, – Ворон поскучнел. – Все равно узнаем. Дар никуда не спрячешь. Он проявляется в любом случае. Айда, пацаны, тихушника нашего найдем.

– Вали, окорок! – пинок Клопа придал мне ускорение, и я, семеня ногами, постарался побыстрее исчезнуть из палисадника.

Хотелось побыть наедине с самим собой и как следует подумать о произошедшем сегодня на площадке. Слова Забиякина не выходили из головы. Это что же получается на самом деле: если у меня появилась способность разрушать все магические плетения, я могу попасть в крупные неприятности? И за мной будут охотиться, чтобы убить? Своим восьмилетним умишком трудно воспринимать действительность, которая открылась передо мной с пугающей ясностью. Но кое-какие детали можно соединить, чтобы сообразить, как не следует поступать. Молчать, избегать любых компаний, где собираются маги. Неужели всю жизнь придется скрываться от одаренных, которых полным-полно по стране! Так же неинтересно! Ворон, кстати, прав. Любой Дар проявляется, рано или поздно. И не поспоришь. Вон, Пашка Тихий, ни с того ни с сего стал одаренным. Искра появилась неожиданно. Он даже сам испугался.

Я не мог знать, почему Паше Темкину завысили возраст, и рассуждал с точки зрения обычного мальчишки, видящего только то, что происходит перед его глазами. Или произошла ошибка, или взрослые сознательно обманули нашу Барыню. Оглянувшись по сторонам, заметил старших ребят, направившихся к калитке, ведущей на улицу. В отличие от нас, малышей, им разрешалось покидать территорию приюта без сопровождения до ужина. Марья Дмитриевна организовывала для нас периодические выходы для культурных мероприятий, которые мы с нетерпением ждали. Кино, цирк, купание на пляже – развлечений было не так много, но нам хватало.

Ворон, Олег и Клоп, о чем-то переговариваясь, вышли на улицу, а я, раздираемый обрушившейся на меня тайной, побежал в спальню. Мне было обидно, что Забиякин запретил говорить об открывшихся возможностях. Несправедливо. Я каким-то неведомым чутьем понимал, в каком положении оказался. Рано или поздно кто-то все равно поймет, в чем моя странность. Ладно, если это будут мои сверстники. А если взрослые?

– Ну что? – ко мне бросились пацаны, которых обеспокоила моя травма. – Что там случилось? Почему щит не сработал?

– Не знаю, – я пожал плечами и хлопнулся задом на свою кровать. – Чародей признался, что плохо построил защиту. В самом слабом месте пробило.

– Да не может быть, – Степка тоже подверг сомнению мою версию, как и Ворон ранее. – Он же боевой маг, за такие промахи его сразу бы из армии погнали. Может, у тебя искра появилась?

Товарищ настолько искренне желал мне получить хоть щепотку Дара, что в моем сердце шелохнулась благодарность за такие эмоции. Я похлопал его плечу и завалился на кровать немного отдохнуть. Потрясений за сегодняшний день хватало, но измученный навалившимися событиями организм, да к тому получивший изрядную магическую оплеуху, мгновенно отключился от действительности.