Пришлось выдать мужчине часть правды, объяснив, что я колдун. Ну в самом деле, не убивать же его? Особенно если учитывать, что капитан ничуть не испугался произошедшего. Он явно был не против узнать о таинственном нанимателе побольше, так что я решил этим воспользоваться.

И рассказал то, что посчитал нужным. Ложка вранья, щепотка правды, по вкусу добавить собственных мыслей бразильца — и вуаля, легенда готова. Таинственная и грустная история беглеца из магической тюрьмы, который попал туда, когда попытался отомстить за убитого брата, бла-бла-бла. Больше эмоций, меньше логики — и импульсивный бразилец слушает нехитрое враньё, раскрыв рот, изумлённо восклицая в самые душещипательные моменты.

Уговаривать его держать язык за зубами, к счастью, не пришлось. Видимо, капитан и без лишних слов верил, что я могу устроить ему и его семье массу неприятностей. Поэтому не качал права, не юлил и не убежал в ужасе. Просто потребовал значительно прибавки к своей зарплате, что не являлось для меня особой проблемой.

Решив таким образом вопрос с молчанием одного из своих «сотрудников», я велел ему выдвигаться по намеченным координатам. Баки были заправлены, припасы и топливо — погружены в трюм, а от человек, отыскавший яхту, оставил нужный контакт в одной из деревень возле места предполагаемой стоянки. Там можно было нанять проводника, если повезёт.

Поездка по реке получилась не слишком долгой, в отличие от того же маршрута, пройденного де Орельяной. Со всеми удобствами мы преодолели около семисот километров от Манауса до деревушки под названием Папера всего за четыре дня, и подошли к поселению глубокой ночью.

К этому моменту дождь, идущий уже почти сутки, слегка притих, но небо оставалось затянуто тучами, не пропускавшими ни единого лучика лунного света. Тропический лес же напротив, пробудился. В кронах деревьев завывали, визжали, стонали и ухали местные обитатели. Стоило лишь выйти на палубу, как вокруг начинали кружить и зудеть бесчисленные насекомые. Над яхтой беззвучно порхали летучие мыши, а на берегу и в воде ползали, плавали и скакали отвратительные мелкие твари.

На следующее утро мы сошли на берег.

Капитан, получив от меня соответствующие указания, остался на яхте, как и техник с поваром. Со мной отправились только двое нанятых носильщиков. Молодые, загорелые парни лет по двадцать искали работу в порту Манауса, так что я предложил им контракт на пару недель с минимумом обязанностей и хорошей оплатой.

Они согласились, не задавая лишних вопросов, и теперь, сытые, одетые и снаряжённые за мой счёт, тащили на себе по огромному мешку с припасами и оборудованием.

Проводник, которого мне посоветовали, сейчас как раз находился в деревне, и это было весьма удачно. Однако узнав, куда я собираюсь, он наотрез отказался идти.

Я подозревал, что такое может произойти, и меня предупреждали о подобном развитии событий. О той дикой территории между реками Рио-Негру и Жапура, и том самом «мёртвом лесе», ходило множество старых легенд и страшных слухов. И местность эта была далеко не прогулочной.

Однако не было такого страха, который заставил бы индейца перебороть голод и чувство наживы.

Часть припасов я взял специально на этот случай. Предложив проводнику лекарства, еду, некоторые полезные в обиходе вещи и огромную сумму денег, я всё-таки уговорил его. Расплатившись с низкорослым морщинистым мужчиной с проколотыми ноздрями, и выгрузив в его дом часть припасов, мы отправились в путь. И отсюда топать пришлось пешком.

Снова зарядил дождь.

Ветки деревьев гнулись под напором водяных струй, листья безвольно обвисли. Над землёй поднимался густой туман, который не давал возможности видеть далее десяти-пятнадцати метров. Лес наполнился шумом капель, журчаньем ручейков, криками возбужденных птиц и зверей, живущих в джунглях.

Местами приходилось с помощью мачете прорубать себе сквозь густые заросли. Ботинки чавкали в размокшей земле, которая так и норовила засосать ноги.

Запас моего хорошего настроения быстро улетучился. Привыкнув перемещаться мгновенно, по щелчку пальцев, я понимал, что путешествия с такой черепашьей скоростью и в таких условиях — совершенно точно не для меня…

Мы брели молча, вытянувшись цепочкой, и уверен — каждый мечтал оказаться где угодно, только не здесь. Почва, фактически, превратилась в болото и норовила стянуть с нас обувь. Одежда промокла насквозь. К ночи дождь слегка притих, но небо всё ещё было обложено тучами. Мы нашли подходящее для остановки место и разбили лагерь на невысоком пригорке, установив там три палатки. Проводник соорудил из камней кострище и развёл огонь. Вскоре над ним забурлил котелок, и в воздухе повис запах еды.

Мне не хотелось есть. Объяснив своим подопечным обязанности и сев на раскладной стул возле палатки, я положил рядом с собой купленную винтовку и откинулся на спинку. Отросшие за последние месяцы волосы намокли и прилипли ко лбу. Капюшон я сбросил, чтобы он не закрывал боковой обзор. Носильщики и проводник уже выскребали из мисок остатки супа и жались поближе к костру. Обсохнув, они забились в спальные мешки.

Это была Сандра. Фигуристая блондинка со своими фиалковыми глазами — это точно была она.