— Это было до или после того, как тебе «съездили» по лицу?

— После. Это несвязанные события.

— Ну как сказать… — недоверчиво протягивает подруга, а я на всякий случай озираюсь по сторонам: никого нет, можно даже чуть громче разговаривать. — Я же тебе говорила, твоя судьба в команде во многом зависит от того, как долго они будут вместе.

— Я хорошо играю, — возражаю, особо не понижая голос. — Меня же не по блату взяли.

Солдатенкова слишком красноречиво смотрит на меня и в итоге выдает:

— Сама говорила, да все говорят, что волейбольная сборная — это фан-клуб Лученко. Без ее разрешения никакой мяч не полез бы к тебе целоваться. Ты с ней не ругалась?

— Нет, все идеально.

— Ну смотря для кого, — хмыкнула Алина. — Я бы не в восторге была, если бы мой парень дружил с девушкой, да еще и так, как с тобой. Вы же всегда вместе.

— Не всегда.

— Ну разве только не ночами.

Я потянулась к тетради. Может, уже лекцию надо пописать? А то неловко вспоминать, как задремала на стуле, а он потом меня относил в кровать.

— Думаешь, Лученко замешана?

— Думаю, она инициатор. Зачем ей на вечеринке ее парня девушка, которая только и будет на себя все внимание его забирать? Но не стала бы действовать открыто, — продолжает мне втолковывать Арина. — А вот теперь у нее руки развязаны.

Я молчу. Мысли, от которых я бежала все выходные, меня нагнали сегодня.

— Ревность, Юль. И зависть. Помнишь Жанну со второго курса, с которой он тоже перепихнулся?

— Помню, конечно. Но он ее быстро послал.

— Потому что гадости начала говорить про тебя. Девчонки приходят и уходят, а ты остаешься с ним. Им обидно. Полина хоть и звезда, но тоже девушка.

— Она не дура. — Я не хочу сдаваться. — Понимает, что с Яношем ничего не может быть серьезного. Это не Алехина.

— Ну да! Каждая хочет быть особенной и единственной для своего парня, чтобы она ни говорила.

— Но не с Яношем. — Вспоминаю наш ночной разговор. — Он не готов. И не факт, что когда-нибудь нагуляется.

— Думала, значит? — Арина, похоже, решила из меня все сегодня вытрясти. — А если бы ты была свободна и у тебя не было Ромы…

— Ничего бы не изменилось, — обрываю Солдатенкову. — Думаешь, я не понимаю, что была бы одной из? Да я же вижу, с какой частотой он их меняет! Лученко только и задержалась. И то ненадолго. Для меня это была бы катастрофа — влюбиться в Разумовского.

Солдатенкова недоверчиво ухмыльнулась, но спорить не стала, а у меня перед глазами вспыхнул образ Лады с ее историей. А братья Разумовские очень похожи, как бы между собой не конфликтовали.

— Лучше быть его другом, так он сам всегда будет рядом, да, Юль? — У Солдатенковой третий глаз после гриппа открылся, что ли?

На всякий случай молчу. Мне не нравятся слова Арины.

На второй паре Янош не появился, я и не ждала. Но его нет и на третьей, а она сегодня последняя.

Начинаю беспокоиться.

— Я спал, — радостно сообщает Разумовский, когда сталкиваюсь с ним после пар. — Заноза, пошли позавтракаем? Торопился, чтобы успеть на тренировку. Ты как?

Сверкает как начищенный чайник. Глаза искрятся светом, на губах улыбка. Волосы, как всегда, в беспорядке, но от этого хаоса на голове наши девчонки с ума сходят. Невольно задерживаю взгляд на губах. Когда я уже забуду тот поцелуй? Он ведь ничего не значил.

— Отлично, спать только хочется. С одним балбесом полночи переписывалась вместо того, чтобы отдыхать.

Он довольно смеется, обращая на себя внимание проходящих мимо студентов. А у меня из головы не выходят слова Солдатенковой. Воображение не к месту разыгралось. Еще и Рома не приедет на Новый год. Спасибо скайпу, хоть не забываю, как он выглядит.

— На пятницу ничего не планируй, Хулия, — деловито произносит клоун. — Вот совсем ничего.

— Вечеринка? Которую ты перенес?

Мое платье не зря висит в шкафу. Не зря.

— Нет, вечеринка переносится на следующую неделю, но праздничные мероприятия в честь моего дня рождения продолжаются.

— Родители, что ли, приезжают?

Грустный выдох стал красноречивым ответом. Все понятно. Но до пятницы надо еще дожить, а если Аринка права и теперь Лученко будет на мне отыгрываться, то, при новых вводных, о здоровье мне точно нужно побеспокоиться.

— Пошли позавтракаем, иначе с ума сойду от голода. — Янош тянет в буфет, и я покорно иду за ним. Интересно, как он отреагирует.