– Молодой человек, а вы случаем не знаете, тут девушка должна была быть. Такая рыженькая. Она мне позвонила, чтобы я ее забрал, а у нее теперь телефон выключен. Не видели вы ее?

Генка смотрел на него будто столкнулся с прогрессирующим склерозом.

– Она же к вам на улицу пошла.

– А вы откуда знаете, что именно ко мне? – спросил с подозрением отец.

– Ну как вы до этого заходили, мне вообще пригрозили, ее на улицу позвали, она и пошла…

– Это не мог быть я… Куда она пошла? Давно?

– Пять-десять минут назад, точно не скажу.

– Вот вам моя визитка! Наберите, если узнаете что-то еще. Я пойду еще к охране, они пусть по камерам смотрят.

Он выглядел крайне растерянно. И пошел к официанту.

Фортепиано стояло уже безмолвным с закрытой крышкой. Гена сидел в полнейшем недоумении. Неужели это тоже проделки тех медведей?

5 Кто прав, тот виноват?

Гена должен был срочно что-то придумать. Ее похитили. Как так! Вот оно счастье, из-за которого, возможно, весь этот замут с полетами случился, чтобы он спас ее и произвел максимальное впечатление – ну если рассматривать этот момент с позиции того, что случайности не случайны. И все? Вот так вот увели какие-то. И куда? Что там с ней будут делать? Кому она потребовалась?

Гена достал ее визитку. Мария Агидель. Пиар. Компания “Новые решения”. Следом достал визитку ее отца – Павел Борисович Агидель. “Новые решения”. Все совпадает, значит она трудится в компании его отца. Вполне возможно, что эти ребята хотят его шантажировать.

– Павел Борисович, – выкрикнул Гена, увидев ее отца, когда он вышел от охранников, – меня если что Геннадий зовут. Я бы очень хотел помочь вам найти дочь. Простите за вопрос в лоб, а вас не может кто-то шантажировать? Зачем она кому-то понадобилась?

– Если кто-то шантажирует, он выставляет требования. Врагов у меня, насколько я знаю, не было. Однако подождем. Пока что я намерен ждать полицию.

– А запишите мой телефон, я всячески готов помогать следствию.

– Думаю, в этом нет никакой необходимости. Просто подождите здесь, они скоро приедут.

Гена вдруг вспомнил, что в последний раз видел трех медведей именно в образе полицейских. Рассказать это не получится. Все это было чересчур сверхъестественно, чтобы показаться правдой. Тем не менее, тревога по поводу того, что приедут не настоящие полицейские, а подставные, его не отпускала. Ничего лучшего не пришло в голову, как попытаться поговорить с тем, который его же губами с ним и разговаривал. Он прихватил сумку с колобками, как будто кому-то дался этот хлеб, и двинулся в сторону туалета. Зашел в кабинку и посмотрел в зеркало.

– Если ты тут, если ты мне друг, то ты должен со мной поговорить.

Гена обратился к отражению. Однако отражение в свойственной ему манере просто дублировало картинку. Он замолк, но ничего ничто не говорило.

– Я похоже влюбился, я хочу спасти эту девушку. И я совсем не понимаю, что происходит. Почему я Яга? Кто эти Медведи? Кто моя бабушка? Она злая или добрая? К кому мне можно обратиться? Я не знаю. Только к тебе.

Отражение молчало. Гена смотрел себе же в глаза упорно, пока вдруг не увидел будто единый тоннель, что протекал от него на другую сторону и проваливался в зрачках его отражения, теряясь в бесконечности.

“Рисуй карту” – сказали его губы.

Гена обрадовался. Карту рисовать становится его повседневной магией. Тем более, теперь он кое-что знал про этот рисунок. “Вход в мир духов”, “формула гармонии”, “Млечный путь” – все это были разрозненные знания из разных областей, однако удивительным образом сочетались в этом едином рисунке. Гена стал рисовать карту прямо на зеркале пальцем, не касаясь его. Однако ничего не получалось опять.

– Ты слишком волнуешься для волшебника. Так оно не работает.

Гена пытался войти в состояние полнейшего континуума. Он стал рисовать линию прям на зеркале, может его спираль получается кривой? Нажим пальца на зеркальную поверхность тормозил движение рисунка. Гена выдохнул. Так не получится. Только интуиция. Спокойствие и только спокойствие. Он представил себе, как еще какие-то полчаса назад он был совершенно спокоен. И озарен, и очарован.

– Побудь в этом… Вернись в себя…

Выдох-вдох. Гена снова будто бы в этом моменте. Ее взгляд сверкнул искрой в его воображении. Не открывая глаз, он стал пальцем выводить круги, раскручивая их из центра. В этот момент он почувствовал, что будто следует по им же созданному магнитному полю, по которому рука сама понеслась снова к центру, а затем оторвал от плоскости руку и открыл глаза. Зеркало перед ним сияло тем самым иссиня зелено красноватым свечением с пурпурным оттенком, воронка спирали медленно скручивалась внутрь. Он посмотрел в свое отражение.

– Тебе нужно уходить отсюда, – сказало его отражение с серьезным видом без тени эмоций, а следом отошло в сторону.

Весьма странно смотреть в зеркало и не видеть себя, подумалось Яге. Взял сумку и, подтянув ноги до края зеркала, перебросил себя на другую сторону.

****

Через пять минут на пороге кафе образовались трое полицейских в сопровождении колоритного детектива Осопского. Это был фанатик своей работы, с детства насмотревшийся детективов, вобравший в себя образы из французского “Отройте, полиция” и американского Коломбо, сделав из них свой чудесный коктейль. На нем был немного вытянутый и выцветший от времени плащ, его лицо украшали бакенбарды и усы. Вне всякого сомнения, под плащом были подтяжки на рубашке и пистолет в кобуре. За ним следовали три амбала в форме и странно мутными глазами. Будто сама Чернь в них поселилась.