Аласдэр опустил веки, почувствовав на своей шее лёгкие прикосновения пальцев Василиоса.

— Открой глаза, Аласдэр Кириакос, — приказал старейшина. — Открой глаза и посмотри на меня, посмотри на нас.

Когда младший вампир повиновался, Василиос впустил его в свой разум. Увиденное пробуждало интерес и очень возбуждало.

— Теперь понимаешь?

Из дёсен Аласдэра показались клыки, член болезненно дёрнулся. Василиос улыбнулся уголками губ — послание получено.

— Очень хорошо. Теперь, как думаешь: сможешь ли найти в себе силы и простить молодого Леонида? Он правда очень расстроен, а для того, чтобы это сработало, нам нужно его содействие, согласен?

Конечно, Аласдэр был согласен.

— Где он?

— Я оставил его в безопасном месте — в своих покоях.

— Вряд ли это место безопасное, — с подчёркнутой медлительностью произнёс Аласдэр.

— Безопасное, пока там нет меня.

С этим было сложно не согласиться.

— Пойдём к нему.

— С чего вдруг такая спешка? — Василиос тихо рассмеялся. — Кто останется здесь? Кстати, а где третий человек?

— Он до сих пор в камере возле Зала собраний. — Аласдэр посмотрел на кровать и нахмурился.

Может, позвать кого-нибудь из охранников? Нет. Для этого засранца даже охрана будет представлять угрозу. Кроме того, он дал обещание Айседоре.

— Держи своё слово, ag'ori. Леонид… довольно упрям. И для того, чтобы он уступил, мало будет велеть ему раздеться.

— Да, в этом ты прав, — усмехнулся Аласдэр.

— Я знаю. Когда освободишься, найди меня. Есть одна мысль, что именно может сработать с нашим золотоволосым мальчиком, — проговорил Василиос.

В тёмных глазах заплясали дьявольские искорки, и Аласдэр почти пожалел Лео. Человек даже не предполагал, что его ждёт. А Аласдэр уже догадывался.

Парис смотрел в сторону, куда исчез вампир. В комнате было темно — всё равно, что закрыть глаза. Но Парис не решался, ведь существо могло появиться рядом снова.

— Как тебя зовут, человек?

Парис представил, что если бы голос имел форму, то напоминал бы завитки дыма. Ритмичные звуки разнеслись по комнате и, казалось, опутали Париса мягкой сетью. Прикусив нижнюю губу, он задумался, разумно ли отвечать вампиру, но тут послышался раскатистый смех, эхом отразившийся от стен.

— Вообще-то, я могу и сам посмотреть.

Парис убрал все мысли, как советовал Элиас, и проговорил:

— Зачем тебе знать?

Послышались шаркающие шаги. Парис приготовился к тому, что его сейчас швырнут через всю комнату или сделают нечто подобное.

Но вместо этого вампир произнёс:

— Я считаю, выпивать лучше с тем, чьё имя знаешь.

— Выпивать? — переспросил Парис и отчётливо уловил, как перед ним ставят стакан на… хм… ну, возможно, стол, но так и не почувствовал ничьих прикосновений.

— Да, — ответил незнакомец теперь уже явно из своего угла. — Судя по твоему виду, тебе не помешает пропустить стаканчик… может, три.

Парис не отважился пошевелиться. Лишь спросил:

— Откуда ты знаешь, как я выгляжу? Здесь же кромешная тьма.

— Верно. Но я не человек. Поэтому…

— Можешь видеть, — закончил вместо него Парис.

— Да. Ясно и чётко, даже развязанные шнурки на твоих ботинках.

Пока Парис пытался рассмотреть свою обувь, в стакане звякнули кубики льда.

— На левом.

Парис нахмурился. Беседовать с невидимым собеседником было странно, но впервые за всё время пребывания в этом месте, Парис не чувствовал угрозу или опасность. Этот вампир, кем бы он ни был, похоже, искренне хотел с ним поговорить. Спрятав стопы под стул, Парис решил рискнуть.

— Как тебя зовут?

— Посмотри-ка, ты уже пытаешься со мной торговаться. Должен признать, я люблю играть в игры. Но, увы, выпил пока только один бокал. Попридержи свои хитрости хотя бы до половины бутылки.

Последовавший за этими словами смех заставил улыбнуться, но Парис быстро спохватился.

— Думаю, будет честно, если я скажу тебе своё имя, а ты назовёшь своё.

— Нет… так не пойдёт, — ответил незнакомец, лёд звякнул о стенки стакана. — Ты ворвался в мои покои, а не наоборот. И будешь пить мой бурбон столетней выдержки. Это просто оскорбительно.