Майэрин кивала, особо не вслушиваясь, ей было, кажется, все равно, лошадь или дракон, все одно страшно. Но на предложение остаться она ответила твердым отказом. Да и не уверена была в том, что служащий ее Дому Миса не выдаст ее мужа сразу, как тот окажется за воротами — другое дело саму Майэрин.

Из крепости их выпускали якобы с поручением. Вот так просто оказалось сбежать, чересчур просто — это казалось ловушкой или даже ошибкой. Наверняка Суро уверен был, что Нара своих людей не покинет. Теперь уже молодой человек сомневался, но обратно поворачивать было поздно.

А недалеко от конюшни их всех троих поджидали; Миса этого мужчину знал явно хорошо, Рииши вспомнил — лицо и имя, а Майэрин просто ощутила угрозу, и совсем уж не по-мальчишечьи ойкнула, прижала руки к груди.

— Добрая ночь сегодня, — сказал Шимара. — И да, за оружие не хватайтесь, в ваших интересах все делать тихо.

От многодневных хлопот глаза у него запали, складки у рта обрисовались четче, придавая лицу сходство с черепом.

По Майэрин видно было — она уже считает всю затею пропащей. Одно дело хоть незнакомый, но все-таки человек дядюшки, другое — подручный Суро, которому они на один зуб.

— Сбежать, значит, хотите, — Шимара оглянулся по сторонам, потер пальцем давний шрам на щеке. — Ну, бегите, пожалуй.

Что-то не похож он был на желающего поднять тревогу. Мимо них прошла пара солдат, но Шимару и Мису они знали, на остальных не обратили внимания.

— Не понимаю, — сказал Рииши, а Миса воспрял духом, прикидывая, похоже, не ведет ли и этот человек двойную игру.

— Перестаньте смотреть на меня, как на призрака убийцы-людоеда. Куда вы направитесь?

Поморщился в ответ на молчание.

— Как несмышленыши, право. Вперед вас я все равно не успею выслать людей, а потом каждый камень узнает о вашем пути. Вот что, пожалуй, чтобы побег не был напрасным. Поезжайте-ка в Тай-эн-Таала, это верная и надежная крепость, — сказал Шимара, косясь на Мису. — В загородные поместья свои или друзей опасно, в Осорэи не думайте и соваться. Как и в Сосновую.

— Но там Асума, — неуверенно произнес Рииши, не решивший, лучше молчать и делать все по-своему, соглашаться или советоваться.

— И с ним всего полторы сотни человек, включая знаменосцев и конюхов? И все это в разоренной крепости? Вас оттуда достанут за милую душу. Бегите в Крыло Лебедя, это далеко и не слишком-то очевидно; если повезет, по дороге не перехватят, будут потом искать возле Осорэи. А окажетесь под защитой крепостных стен, там уже сидите накрепко.

Меж тем для молодой пары конюхи вывели лошадей и снова скрылись в глубинах конюшни — можно было не опасаться подслушивания. Майэрин с ужасом смотрела на смирнейшую кобылку, на широкой спине которой, вероятно, мог бы отлично выспаться непривязанный младенец.

Девушку подсадили на лошадь, она взяла поводья, но сразу ухватилась за луку седла.

— Молодая госпожа, постарайтесь хотя бы из крепости выехать, не сжимаясь в комочек, — сказал Шимара, — Вас заподозрят сходу.

— И вот еще что, — добавил с видимой неохотой, придержав Рииши за рукав, — Пусть твоя жена, раз уж у Аэмара шпионов, что мышей в погребе, через родственников отследит, если с севера будет возвращаться господин Таэна-младший. Если люди Нэйта его перехватят в дороге, за его жизнь я гнилой нитки не дам.

— Почему ты нам помогаешь?

— Сволочь я редкостная, — ответил Шимара. — Ну и не нравится мне, когда честных людей подставляют на ровном месте. Они, конечно, дураки, но стараются на благо родины. Так хоть шансы поровней будут, а кому суждено, все равно умрет.

Двое всадников-беглецов скрылись за воротами, а помощники их направились к конюшням — задворками, стараясь больше не попадаться никому на глаза, благо, в ночи, даже факелами освещенной, это нетрудно было.

— Выцветает небо уже, — заметил Шимара, — Как сонное зелье-то, действует? Караулу скоро пора меняться.

— Не скоро еще, через пару часов. Как раз сменщики их и разбудят, — ответил Миса.

— Что ж, хорошо. У детишек, выходит, довольно времени. Ну, может, и получится что-то. Сам-то куда?

— Да уж продумал, как дальше быть, — ухмыльнулся Миса, — Но ты удивил. Я-то думал, ты для Суро вернее тени. Что ж, получается, ты не ему служишь, а…

Не договорил — захлебнулся кровью, осел, сполз по стене, глядя на спутника удивленными и уже неподвижными глазами.

— Извини, друг, — сказал Шимара, вытирая клинок о его рукав. — Сам понимаешь — я рисковать не могу. Придется все на тебя свалить, да и конюхи, опять же, от тебя приказ получили. А ты обещал помочь, и помог, слово сдержал. Зачтется на Небесах.

Шимара позаботился о том, чтобы о побеге стало известно не сразу. А потом отвел душу, в три слоя покрыв ругательствами сбежавших — ведь они не просто перехитрили Суро, они еще и обвели вокруг пальца и убили одного из его подручных!

Разумеется, семья Мисы получит неплохую сумму в утешение. Погиб, исполняя свой долг.

Суро же отправил верных людей с приказом задержать беглецов, предупредить шпионов в Осорэи и окрестных селениях, а потом опал в кресле, сжимая виски:

— Идиоты, и почему я не прикончил обоих сам — они так развяжут нам тут вторую войну! А ведь я предлагал ему стать орудием мира!