Теперь предстоял пустяк - пятьдесят метров пути ползком по дорожке шириной в полметра, и колючая проволока сверху, снизу и с боков. Корин вздохнул и двинулся в путь.

Через полчаса он не преодолел еще и половины, а ладони были уже разодраны в кровь, рубашка и брюки превратились в лохмотья, колени болели и кровоточили, а спину ломило так, будто он неделю вкалывал на руднике. А впереди было самое трудное - без единого звука проползти мимо "Даны" над самыми головами оперативников. Существовала еще опасность, что кто-нибудь при обходе обнаружит выключенный рубильник и исправит упущение, но об этом Корин старался не думать.

Медленно преодолевая сантиметры, он полз вперед, нащупывал ладонями свободный от острых шипов участок, ставил туда руку, подтягивал тело и таким образом продвигался. Стоит зацепиться за проволоку - спираль закачается, зазвенит, и через пару секунд все будет кончено...

Корин уже миновал "Дану", когда кто-то из оперативников направил луч фонаря на проволочную спираль. Он водил лучом туда-сюда - может быть, ему нравилось, как проволока блестит на свету под дождем. Луч почти коснулся ботинок Корина, замер, двинулся назад и погас. Корин без сил опустился прямо на шипы и минут десять лежал, как труп. Если бы не этот короткий отдых, он бы вообще не дошел.

Но он дошел. Весь в крови, изнемогая от боли и холода, он увидел прямо под собой темный квадрат двора и слабо светящуюся в отблеске далекого фонаря надпись "Меникетти".

С бесконечными предосторожностями он раздвинул витки спирали, протиснулся между ними, повис на руках, разжал пальцы и не спрыгнул, а скорее плюхнулся во двор.

Какое-то время он сидел на земле под забором, приходил в себя. Потом он встал, сделал несколько энергичных движений руками и ногами, размял спину. Стало немного легче, насколько это в принципе возможно после подобных путешествий. Если бы сейчас его кто-нибудь увидел, скорее всего решил бы, что перед ним восставший мертвец из фильма ужасов.

Подойдя к ангару, Корин заметил, что металлическая дверца в створке ворот приоткрыта и изнутри пробивается свет, а чуть позже услышал и голоса. В ту минуту он только что не взвыл от отчаяния, но тут же ему представилась возможность понять свою ошибку. Одного из тех, кто был внутри, назвали "мистер Меникетти". Это были не те люди, которых Корин опасался, а те, кого он искал.

Приоткрыв дверцу чуть шире, он оценил обстановку. Так, можно действовать смелее... Он проскользнул внутрь и прижался к стене.

В просторном помещении стояли три легковые машины. В дальнем углу на перевернутом ящике четверо мужчин играли в карты. Ближе к воротам располагался огромный грузовик под брезентом, за этим грузовиком и укрывался Корин. Чуть приподняв край брезента, он посмотрел на номер.

Это был пропавший "Лейланд" фирмы "Дана".

Корин съежился за громадным колесом и прислушался к беседе игроков, но она состояла в основном из карточных терминов и кратких ссылок на неизвестных ему людей и события. Проскользнув под брезент, он заглянул в кузов и ощупью попытался зажечь спичку. С таким же успехом он мог бы чиркать спичками на дне морском. Протянув руки в темноту, он наткнулся на металлический ящик метра в полтора высотой. Рядом еще один, и еще. Вероятно, это и были пресловутые контейнеры, но как узнать, есть ли среди них шестнадцатый и семнадцатый? Спрятаться в кузове и ждать, пока все уйдут? А если не уйдут, или вместо них придут другие? Да и что еще будут эти или другие (или все вместе) делать... И нельзя ждать до бесконечности неизвестно чего. Действовать в открытую, угрожая револьвером, тоже нельзя, поднимется чего доброго шум, а парни Коллинза рядом...

Край брезентового чехла сзади Корин крепко привязал к торчащей из стены ангара скобе, подобрался к кабине, открыл дверцу и вполз внутрь. Под потолком вспыхнула лампочка, но это не обеспокоило его - плотный брезент, укрывающий и кабину, не пропустит ни лучика света.

Приборы жизнерадостно утверждали наличие почти полного бака бензина. Корин наскоро обыскал кабину, но ключа зажигания не нашел. В общем-то, он и не рассчитывал его найти. Зато в рундуке лежали разнообразные инструменты, без которых водители грузовиков обычно не обходятся. Воспользовавшись ими, Корин открутил четыре болта на панели управления, обрезал провода системы зажигания и зачистил концы. Откинулся на спинку сиденья, на полминуты закрыл глаза, чтобы окончательно собраться, захлопнул дверцу, замкнул провода и дал полный газ.

"Лейланд" вырвался из-под привязанного к скобе брезента, как гигантское ревущее чудовище. Корин включил фары, лихо развернулся на пятачке и швырнул машину прямо на четверых игроков. С криками ужаса они бросились врассыпную. Под колесами хрустнул ящик. Корин резко затормозил у самой стены, дал задний ход и кузовом смял два из стоявших в ряд легковых автомобилей, потом сделал тяжеловесный вираж и ринулся на ворота. Массивные створки, укрепленные стальными профилями, разлетелись, будто были сделаны из папиросной бумаги. В зеркальце Корин видел, как четверо кинулись к единственному уцелевшему автомобилю - черному "Понтиаку". "Лейланд" с такой же легкостью вышиб ворота в заборе (правда, одна фара разбилась и погасла, кронштейн выносного зеркала перекосился), заюзил по мокрому асфальту и боком врезался в один из ожидавших на углу двух "Крайслеров". Лучи мощных фонарей скрестились на кабине грузовика.

– Это он!
– вопил во весь голос кто-то из команды Коллинза.
– Сюда, за ним! Это он там в грузовике!

Зигзагами "Лейланд" понесся по извилистым улицам. Следом с визгом и воем вылетел "Понтиак", и с опозданием всего на несколько секунд - второй "Крайслер" ЦРУшников. Сколько бы из них ни успели добежать и запрыгнуть в машину, тут и один - слишком много!

"Лейланд" значительно уступал в скорости и "Понтиаку", и "Крайслеру", но в путанице городских кварталов это не имело решающего значения, здесь все равно не разгонишся. Конечно, грузовик уступал и в маневренности, но что касается мастерства и изобретательности водителей - тут еще видно будет, кто кого.