– Хорошо. Как вы намерены переправить меня в Лондон?

– Вы вылетаете завтра утром по документам Стива Рэндалла, бизнесмена из Глазго, который прилетал в Москву по делам.

Корин удивился.

– Зачем такие сложности? Отправлять меня по фальшивым документам несуществующего бизнесмена, когда я могу попасть в Лондон по любому из легальных каналов?

Тихомиров улыбнулся и встал.

– Как говорят политики в теледебатах, я рад, что вы задали этот вопрос. Прошу вас пройти со мной.

Они вышли в другую комнату. Тихомиров скатал ковер на полу, открыл хорошо замаскированный люк. По винтовой лестнице они спустились в бетонный колодец метров пяти глубиной. От колодца шел также забетонированный коридор с рядами дверей по обеим сторонам. Одна из дверей была металлический, с глазком, как в тюрьме. Тихомиров толкнул ее - она оказалась незапертой и открылась с противным скрежетом. За ней находилась узкая длинная камера, залитая ярким светом мощных ламп. На цементном полу лицом вверх лежал человек. Не нужно было много времени, чтобы убедиться, что он мертв - на белой рубашке слева виднелась окровавленная дыра, след пистолетного выстрела.

– Знакомьтесь - Стив Рэндалл.

Тихомиров отступил на шаг, любуясь произведенным эффектом.

– Духовность и милосердие, - пробормотал Корин.

– Очень похож на вас, не правда ли? Мы быстро его подыскали, мы умеем быть оперативными. Теперь вы понимаете, что если вздумаете сбежать от нас или выкинуть какой-либо другой некрасивый фортель, Интерпол немедленно будет осведомлен о человеке, убившем в Москве мистера Рэндалла и сбежавшем в Лондон с его документами. Мир велик, Сергей Николаевич. Но в нем не найдется для вас безопасного уголка.

Майор закрыл дверь, и они вернулись в гостиную.

– Что-нибудь еще, Сергей Николаевич?
– поинтересовался майор.

– Да, конечно. Мне нужна вся информация о Хатчкрофте, Хэйсе и фирме "Дана". Все, чем вы располагаете.

Тихомиров протянул Корину зеленую папку.

– Здесь, Сергей Николаевич, вся та информация, которой мы считаем нужным (он подчеркнул два последних слова) снабдить вас.

– Хорошо, - Корин взял папку.
– Снаряжение?

– Ну, тут я рискую вас разочаровать, - майор развел руками.
– Никаких особых изысков в духе Джеймса Бонда... Впрочем, это уже не моя сфера. Передаю вас Алексею Ильичу.

Он вышел из гостиной. Хаустов, до того сидевший молча и неподвижно, как памятник Линкольну, зашевелился. Он вынул из кармана пластмассовый прямоугольный флакончик - такие флакончики с нитроглицерином можно купить в любой английской аптеке - и передал Корину. Тот нажал пружинку на крышке. На ладонь выкатился прозрачный желтоватый шарик.

– Сильнодействующее психотропное средство, - пояснил Хаустов.
– Время растворенияв воде - три-четыре секунды, а в горячем чае или кофе растворится еще быстрее. В спиртном тоже. Ни вкуса, ни запаха. Действует через восемь-десять минут, в зависимости от индивидуальных особенностей организма.

Корин попытался засунуть шарик во флакон, но пружина действовала лишь в одну сторону.

– Обратно не получится, - сказал подполковник.
– Бросьте в камин.

– Меня вы уделали этой самой штукой?

Хаустов спокойно кивнул. Следующим на свет появилось удостоверение на имя сержанта Скотланд-Ярда Майкла Боддикера.

– Этим пользуйтесь осторожно. В отличие от подлинного Стива Рэндалла Майкл Боддикер - чистая фикция. Годится только чтобы брать на пушку.

– Всё?
– спросил Корин, разглядывая отлично подделанное удостоверение.

– Увы. По понятным причинам мы даже не можем дать вам оружие. Ну, теперь я вас покину, а вы можете спокойно изучать эту папку.

Хаустов направился к двери, остановился и обернулся.

– Я хочу, чтобы вы помнили, Корин, - его тон стал совсем другим. Один - только один!
– неверный шаг, и вы убийца не только Стива Рэндалла, но и Марины Старцевой. Наши свидетели откажутся от показаний. Если они добровольно заявят, что дали их под давлением каких-то ваших дружков, им не грозит преследование. Я хочу, чтобы вы всегда об этом помнили.

– Я не забуду, - слегка поклонился Корин.
– Только вот где у меня гарантия, что я получу пятьдесят тысяч долларов, а не пулю в лоб?

– Ну, - подполковник пожал плечами.
– тут уж вам придется верить нам на слово. Зачем вас убивать? Для нас вы безопасны, а для вас, кстати, найдется немало еще дел во имя возрожденной России. К взаимной выгоде... Мы же деловые люди, а не убийцы. До свидания.

Корин смотрел на закрывшуюся за Хаустовым дверь. Он вспомнил Марину в изодранном, окровавленном желтом платьице, с ужасающей раной на горле и широко распахнутыми, будто от изумления, глазами. Он вспомнил хорошее, открытое лицо Стива Рэндалла, очевидно, так и не успевшего понять, что с ним произошло. Мы деловые люди, а не убийцы. Не убийцы.