Он поколебался и все же поставил на лазер. Лазер – в последнюю очередь. Лазер с хорошей наводящей системой пройти невозможно. Значит, лазер в качестве подстраховки. А основное оружие – звуковая пушка. Дурацкое решение, конечно. Есть же более изящные способы.

На этот раз ему просто повезло. Им всем повезло! Это была не пушка, а волна. И система, видимо, не предполагала смешанного гуляния целей – иначе почему бы замешкалась? А потом дико заорал Осел – в полном соответствии с именем. Как они бежали! И как потом нервно смеялись! Разве от волны убежишь? А вот выйти из зоны контроля им удалось, вернее, вылететь пробкой.

Все повторилось сначала. Развернули рабочую проекцию, определили точки воздействия, как всегда, неверно, начали спорить и орать… а у него снова закружилась голова, и он прилег на редкую травку. Что здесь было раньше? Сады? В Южном ущелье везде были сады…

Пришел Верблюд, снова обеспокоенно заглянул в глаза. Что он там надеется увидеть, смешной какой.

– Когда-то здесь росли сады! – отметил гном задумчиво. – А потом на этом поле отрабатывали приемы боя в строю гномьи легионы. И всё. Разве после гномов что-то будет расти, а, маля?

– Вы люди, Верблюд, – отозвался он. – И мы тоже. И эльфы. Бессмертных не бывает. Законы мироздания вместе с мирозданием можно изменить, и никак иначе.

– Вот так же когда-то говорил Черный Топор! – пробормотал гном. – Прямо мне в лицо и говорил. Гному. Он, правда, тогда не знал. А еще он говорил, что обязательно вернется. Ну, я тоже тогда кое-чего не знал…

И старый диверсант в сомнении глянул на подростка.

– Готово! – заявил неподалеку принц. – Вот так бы все щелкались, как орешки!

– Орехи здесь не растут! – машинально буркнул Санниэре и поднялся. – Двести лет назад не росли точно. А может, тыщу.

А голова побаливала. И тошнота появилась. Это означало, что зацепило его излучением. Может быть, немного. Но зацепило. Так что стоило поторопиться. Потому что следующим пойдет Дребен Хист – и кто тогда защитит Яху?

Под боком незаметно появился эльф. Кажется, тот, кто считался за родного отца. Надо же, какой смелый! И лазера не боится!

– Эре, я хочу, чтоб ты знал! – тихо сказал эльф. – Ты был рожден в любви. И если б не мой долг, носил бы я Ялиньку на руках до конца ее дней!

– Хорошо, понял, – покорно согласился он. – А теперь отойди, пожалуйста. Лазером может зацепить.

– Знаю, – непонятно отозвался эльф-отец. – Для чего еще я рядом?

А дорога-то стала покачиваться. Прибежал Верблюд, что-то спросил. Да пошел бы он отсюда, мешается только! Вот, вот здесь могут быть лазеры! Если это лазеры, конечно.

Это было непонятно что. Сначала их сбило с ног, протащило по камням, сфера вокруг них какая-то засияла типа спасательного космического кокона – а потом загорелся эльф. Правда, он недолго горел. Оно и понятно, от таких воплей и ругани любое пламя погаснет!

Прибежал принц, тоже жутко ругался. Верблюд зачем-то начал клясться недожаренному эльфу-отцу в вечной дружбе за спасение побратима. Потом Осел с шипением схватился за голову и упал, и все бросились к молодому гному. Надо полагать, за себя испугались. Ловушки-то, судя по воплям, гном по большей части и снимал, эльфы больше спорили. Ну, эльфов можно было понять: а вдруг не все ловушки пройдены? И снесет их где-нибудь заодно с людьми. Так что забытый всеми Санниэре тихо побрел вперед. А когда уже не мог идти, сел у камня и стал смотреть, как идет на яйлу нескончаемая колонна, и впереди всех – сильно уменьшившееся в количестве, но только прибавившее в злобе коровье стадо Ит-Тырков.

Он еще успел посмотреть, как идут по дороге усталые бойцы самозваного императора. Их было неожиданно много. Молодец все же Хист, сохранил людей! Забавное у него получается государство! Почти все мужчины – профессиональные воины, шпионы да диверсанты! Ага, а молодежь – эльфийской крови. И эльфы-генетики рядом крутятся. Третья раса, как проговорился эльфийский принц. Не третья, дурачок, а первая. Люди называется. Потому что эльфов – не бывает!

Потом ему стало совсем плохо.

А когда сознание в очередной раз прояснилось, он услышал странные звуки. Рядом с ним стоял на коленях длинный нескладный полицейский и размазывал по лицу слезы.

– Император! – тихо всхлипывал он. – Император! Мы снова убили тебя! Император…

Он вгляделся в грубое лицо полицейского – и слабо улыбнулся. Гребло. Очень непростой полицейский. Что ж, эту загадку ему уже не разгадать.

– Уходи, император! – вдруг страстно сказал Гребло. – Уходи! Мы же тебя всегда убиваем! Творец – скотина несправедливая! За что?! Или мало ты совершил для других?! А тебе вместо благодарности – стрелу в сердце! И сейчас все уже забыли! Уходи, император! Может, есть края, где и тебя ждет счастье?