Шрифт:
Роланд ринулся вперед. Навстречу метнулись щупальца, но, как и ожидал карнелиец, двигались они довольно вяло, так что он без труда полоснул их мечом и отскочил в сторону. На полу забилось в судорогах обрубленное почти под корень щупальце.
Тварь издала невнятный хлюпающий звук. Было ли это криком боли или ярости, Роланд не знал, но это уже не имело никакого значения. Теперь он был уверен – тварь была серьезно, возможно, смертельно ранена еще до него. Ему оставалось только добить ее.
Спустя пару минут, оставив за собой груду изрубленной плоти, Роланд ворвался в главный зал.
Здесь было посветлее. Вдоль стен чадили древние светильники, давая больше дыма, чем света. Впрочем, и его было достаточно, чтобы разглядеть в центре зала чернеющий провал.
– Проклятие! Что это значит? – прошептал Роланд.
На краю провала лежали окровавленные человеческие останки. Даже видавший виды карнелиец отвернулся, не желая смотреть на то, что осталось от девушки.
– Проклятие! – Роланд ударил кулаком в стену. – Зачем вы закрыли дверь, девочки?
– Это не Селена! – воскликнул Тирри. – Это Дана...
– Дана...
Сердце Роланда болезненно сжалось. Ему было жаль несчастную девушку, но все же...
– Где же тогда Селена?
Он огляделся.
– Селена!
Его крик эхом пронесся по залу, и, будто в ответ, под потолком мелькнуло крылатое существо. Роланд не успел толком его разглядеть, как оно камнем рухнуло вниз и упало за алтарь.
– Это еще что за...
Карнелиец осторожно обогнул черный провал. Из-за алтаря донесся слабый стон и сердце Роланда забилось как в лихорадке.
– Эта тварь хочет убить Селену! – он бросился к алтарю.
– Осторожно! Это может быть ловушка! – закричал ему вслед Тирри.
Но Роланд вряд ли это услышал. С воинственным криком карнелиец запрыгнул на алтарь, да так там и замер с отведенным для удара мечом. Селена лежала на полу, ее белое платье было изорвано в лохмотья и обагрено кровью.
На жертвенник запрыгнул Тирри и покосился на окаменевшего Роланда.
– Роланд, так и будешь изображать химеру или все-таки поможешь ей?
Карнелиец вздрогнул, выходя из оцепенения, и кивнул. Он бегло осмотрел девушку и облегченно вздохнул. Кровь на ее одежде была чужая. Если не считать пары царапин, Селена была совершенно цела и невредима.
В сознание Селена пришла к полудню. О том, что произошло в храме девушка практически ничего не помнила. Известие о гибели Даны потрясло ее, она долго плакала, несмотря на все попытки Роланда успокоить девушку.
Она плакала до тех пор, пока на удивление молчаливый в этот день Тирри не забрался к ней на колени и позволил себя погладить.
– Я не могу понять. Я все сделала правильно, – прошептала Селена. – Конечно, это был не обычный ритуал, все-таки Святая Печать, но... Я же не первый раз... Я многое знаю и умею. Почему это произошло, Роланд?
– Ты так ничего и не вспомнила?
Она покачала головой.
– Я все сделала как надо. Я не могла ошибиться, я выучила молитву наизусть!
Роланд протянул ей измятый кусок бумаги, подобранный в храме.
– Эту бумажку нашел Тирри. Здесь та самая молитва?
Селена кивнула.
– Эта молитва написана на древнем языке, которым сейчас никто не пользуется, на нем говорил сам Спаситель, – сказала она.
– Ты знаешь этот язык?
– Нет, все церковные службы, все священные церемонии проводятся на современных языках, но Райнхард тут все подробно расписал – как, с какими интонациями это надо произносить.
– Но если ты не ошиблась, зачитывая текст по бумажке, значит мог ошибиться тот, кто ее писал?
– Что ты говоришь! – возмутилась Селена. – Да как ты можешь! Его преосвященство один из самых мудрых и образованных людей в мире! На встречу с ним монархи выстраиваются в очередь! А когда он проводит службы, сбегаются все окрестные жители!
– Прости-прости! Я просто пытался понять, что же произошло.
Селена тотчас поникла и всхлипнула.
– Я, кажется, понимаю... Хотя, наверное, я понимала и раньше, но боялась в этом признаться... Я все-таки ошиблась! Я ошиблась и обрекла Дану на смерть!
Селена заплакала. Роланд поморщился.
– Возьми себя в руки, Селена. Или собираешься остаток жизни провести в слезах?
– Оставшуюся жизнь я буду молить Бога простить меня-а-а...
– Мне кажется, до молитв дело дойдет позднее. А пока, насколько я разбираюсь в ваших религиозных делах, тебе лучше задуматься о суде Святой Инквизиции...