— Какие соображения? — Он пожал плечами:

— Да хрен его знает… Вообще-то я ожидал чего-то подобного. Правда, не так скоро.

— Может, вернемся? — без особого энтузиазма протянула я.

— Думаю, не стоит.

Такое совпадение интересов не могло не радовать. Проводив Игоря и убедившись, что всё в порядке, я вернулась в свое лежбище и забурилась в дневную спячку.

Следующей ночью мы не отправились ни в казино, ни в бойцовские клубы, а, разделив деньги, вышли в люди. И, как в недалеком прошлом, предались светским удовольствиям. Решив обновить гардеробчик, я устроила набег на бутики. Под страдающим взглядом спутника, скривившегося как от зубной боли, провела за примеркой часа три.

Игорь, сидя в кресле и литрами поглощая кофе, на все вопросы отвечал неизменной улыбкой и согласным кивком. Неужели и впрямь прав тот, кто утверждает, что женщины наряжаются исключительно ради удовольствия покрасоваться друг перед другом? Хотя с мужиков станется… Ведь в большинстве случаев эти неотесанные создания воспринимают нас близко к сердцу исключительно в раздетом виде.

Прибарахлившись, отвезли шмотье домой и, перекусив в одном из супермодных ресторанов, до утра гуляли по городу, болтая ни о чем. Игорек читал стихи, а я невольно сравнивала его с моей первой любовью. И с удивлением обнаруживала, что «золотой мальчик» проигрывал студенту-недоучке по всем статьям. Даже странно, что я в нем нашла?

А может, за прошедшее время просто стала мудрее? И старше на целую жизнь.

Мы по-прежнему шли на юг, а я, не в силах побороть негодование, то и дело мысленно возвращался к кораблю, служившему базой пиратам. Вряд ли Российская армия станет что-то предпринимать в связи с инцидентом, ведь подобную силовую акцию могут расценить как военные действия. Но позволить бандитам после всего содеянного просто уйти я не мог.

Двигатели работали вовсю, а винт оставлял за кормой пенный след. Расстояние между двумя судами неумолимо увеличивалось, а я еще ничего не решил. Искушение попросить у Магистра официального разрешения было велико, но, не желая лишний раз светиться, я выжидал. Да и, как понимаю, скорее всего, ответ окажется отрицательным. Ведь есть проблемы гораздо более серьезные, чем существование горстки недобитых террористов где-то на другом краю земли,

Промучившись целый день и так и не дождавшись визита Стражей Конвента, я немного осмелел. К утру же почти полностью уверовал в то, что содеянное накануне если и не сошло мне с рук, то воспринято не как проступок. Проинспектировав подопечное судно и убедившись, что вмешательства нигде не требуется, открыл портал, «привязав» его к координатам места, в котором пиратское судно дрейфовало вчера.

Океан искрился под лучами солнца и, насколько хватало глаз, сиял первозданной чистотой. Чего-то подобного я и ожидал. А потому, не особо огорчаясь, настроился на сигналы радиорубки. Куда ж ты денешься, милый, от самого совершенного пеленгатора, коим является любой сотрудник Отдела Химер?

Пираты, как ни странно, шли на юг. И, взглянув на курс, зафиксированный в судовом компьютере, я с удивлением обнаружил, что он почти в точности совпадает с траекторией движения нашего судна. Дела, однако. Видимо, неудача не обескуражила головорезов, а вожделенный груз казался столь притягательным, что пересиливал все доводы разума.

Сомневался я не долго и, рассудив, что совесть моя чиста, а никакие Стражи Конвента российскому офицеру не указ, принялся действовать.

Представьте, что вам нужно остановить махину водоизмещением в несколько сотен тонн. Сделать это необходимо любой ценой, так как на кону стоят жизни соотечественников. Не думаю, что кто-то смог бы изобрести что-нибудь гениальное, ибо, давно известно, что всё более-менее ведущее к достижению цели отличается простотой. Не давая времени той части моего «я», которую сопливые интеллигенты называют совестью, развязать полемику, принялся за дело.

Для начала занял бренную оболочку штурмана и, с грехом пополам совладав с компьютером, немного изменил курс. Совсем чуть-чуть, чтобы было незаметно невооруженным глазом. Затем отвел кандидата в покойники в его каюту и убил, остановив сердце. Неприятное, скажу я вам ощущение, находиться внутри бьющегося в предсмертных конвульсиях человека. Всё же я не монстр, а впечатление от содеянного осталось столь сильное, что пришлось выбраться на палубу и некоторое время любоваться на водную гладь, успокаивая нервы.

Но на войне, как на войне, а, добровольно взвалив на свои плечи миссию рыцаря плаща и кинжала, я просто вынужден идти до конца. Представлялось очень заманчивым выбрать в качестве следующего донора капитана, но, подумав, я отказался от этой идеи. Первое лицо на корабле всё время на виду, и любой мало-мальски нетипичный поступок вызовет ненужные подозрения. А для претворения в жизнь моего плана сгодится кто-нибудь рангом пониже. Главное, чтобы клиент имел доступ в оружейную, а его пребывание на нижних палубах не вызвало ненужного интереса.

Жребий пал на смуглого коренастого мужчину лет сорока пяти. И после недолгого сопротивления фигуранта я сломил его волю.

Запасшись столь любимым бандитами всех мастей СИ-4, отправился на экскурсию по кораблю. Стараясь не попадаться на глаза команде, оставлял смертоносные сюрпризы на внешней обшивке судна. Бесшабашная злость пополам с веселым отчаянием переполняли меня. В конце концов, семь бед — один ответ. Но, даже несмотря на риск вызвать гнев Стражей Конвента, я был не на шутку настроен довести дело до логического завершения.