Ничего этого не произошло бы, если бы она танцевала с Артуром. Но он отсутствовал весь вечер, как это было и на балу накануне, поскольку занимался расследованием. Ей хотелось, чтобы он взял ее с собой, но он объяснил ей, что туда вход дамам заказан, да к тому же ему надо побеседовать с пожилыми мужчинами.

Мысли Элеоноры возвратились к леди Уилмингтон. Ей только сегодня пришло в голову, что ни она, ни Артур не задали ей один очень важный вопрос.

Миловидная юная женщина с застывшей вежливой улыбкой на лице проплыла мимо в объятиях средних лет джентльмена, который не мог оторвать взгляда от пышной груди партнерши.

— Должна заметить, — тихо пробормотала Элеонора, — чем дольше я принимаю участие в балах, тем больше растет мое уважение к молодым леди из-за их выносливости и терпимости, когда они попадают на брачный рынок. Не могу представить себе, как им это удается?

— Их тренировали многие годы, — засмеялась Маргарет. — Ведь ставки в этой игре слишком высоки. Они понимают, что их собственное будущее, а часто и будущее их семей зависит от исхода этих коротких сезонов.

На Элеонору словно снизошло внезапное озарение, а вместе с ним и сочувствие.

— Так было и у вас?

— Моя семья оказалась в весьма стесненных обстоятельствах в тот год, когда мне исполнилось восемнадцать. У меня было три сестры и два брата, а также мать и бабушка. Мой отец незадолго до этого умер, оставив нам очень мало денег. Единственное, на что я могла надеяться, — это удачный брак. Бабушка наскребла для меня денег на единственный сезон. Я встретила Гарольда Ланкастера на своем первом балу. Его предложение было, разумеется, принято незамедлительно.

— И вы сделали это только ради семьи?

— Он был хорошим человеком, — негромко сказала Маргарет. — И я со временем его полюбила. Наибольшую трудность представляла для нас разница в возрасте. Гарольд был на двадцать пять лет старше меня. У нас было мало общего, как вы можете догадаться. Я надеялась найти утешение в детях, но Бог нам их не дал.

— Печальная история.

— Но весьма распространенная. — Маргарет кивнула в сторону танцующей пары. — Думаю, что подобных историй в этот сезон тоже будет немало. — Без сомнения.

А результатом сезона станет большое число холодных, не облагороженных любовью браков, подумала Элеонора. Интересно, придется ли в конце концов Артуру заключить такой брак? У него не будет иного выхода, кроме как жениться, независимо от того, нашел он или не нашел женщину, которую мог бы любить со всей страстью, которая в нем таится. В конечном итоге он выполнит свой долг, который налагают на него его титул и семья, независимо от своих чувств.

— Нужно сказать, что вы правы в отношении толпы, — вновь заговорила Маргарет, энергично обмахиваясь веером. — Сегодня настоящее столпотворение. Беннету понадобится целая вечность, чтобы добраться до нас с лимонадом. Мы вполне успеем умереть от жажды, прежде чем он вернется.

Толпа слегка поредела. Элеонора заметила завитой, старомодный напудренный парик, который был отличительным знаком хозяйских ливрейных лакеев.

— Возле двери я вижу слугу, — произнесла она, становясь на цыпочки, чтобы лучше его рассмотреть. — Может быть, мы сможем привлечь его внимание?

— Бесполезно, — отмахнулась Маргарет. — Эта масса людей опустошит его поднос раньше, чем он приблизится к нам.

— Оставайтесь здесь, чтобы Беннет смог найти вас по возвращении. Я попробую добраться до этого слуги раньше, чем у него закончится лимонад.

— Будьте осторожны и не попадитесь никому под ноги.

— Не беспокойтесь, я скоро вернусь.

Вежливо бормоча извинения, Элеонора протиснулась сквозь группу леди средних лет и, насколько это было возможно, быстро направилась к тому месту, где только что видела лакея.

Она была уже в нескольких шагах от него, когда ощутила прикосновение пальцев в перчатке к своей шее.

Волна ледяного холода пробежала по ее позвоночнику. Она почувствовала, что не может дышать.

Это всего лишь случайное прикосновение, попыталась она себя успокоить. В толпе такое вполне может случиться. А может быть, кто-то из джентльменов воспользовался теснотой, чтобы позволить себе подобную вольность.

Тем не менее Элеоноре с трудом удалось сдержаться и не вскрикнуть. Ибо ее интуиция подсказывала, что прикосновение затянутых в перчатку пальцев к обнаженной коже было не случайным, оно адресовано именно ей.

Этого не может быть, подумала она. Не здесь. Он не посмеет. Ею овладел ледяной ужас, несмотря на духоту. Нет-нет, она ошибается.

Но этот негодяй в прошлый раз подошел к ней на балу, когда она стояла в центре зала, напомнила себе Элеонора.

Как бы там ни было, она должна не подать виду, что знает о том, что он находится где-то близко.