Тай прищурился, взвешивая за и против. Если присмотреться, можно заметить, как ворочаются мысли в его голове. Интересно, о чем он думает? Можно ли их с Рёном в одном салоне оставлять? Смешно.

— Ладно. — согласился Тай. — Тогда жми на газ, у нас куча дел.

Проблема объединенных городов в их протяженности. Чтобы добраться из одного квартала в другой, нужно потратить кучу времени, особенно если дороги забиты транспортом. Если выбраться в Девятый ситуация становится лучше, потому что людей в нем живет намного меньше, чем в Десятом, и, чем выше уровень квартала, тем свободнее передвижение и комфортнее поездка.

Он успел вздремнуть под идиотские песни, которые крутят по радио, а проснулся, когда Крис остановил машину.

— Ничего себе!

Здание, на стоянке которого они остановились, просто поражает воображение — огромный белоснежный комплекс из стекла и металла, отражающий солнечный свет. Неподалеку от входа стоит статуя какого-то святого, сложившего руки в молитве. Территория вокруг непривычно зеленая, живя в Двенадцатом легко отвыкнуть от постриженных газонов с авто поливом.

— Сколько же денег стоит лечение здесь? — Крис вышел из машины. — Разомнитесь, сколько можно сидеть.

Он вылез из салона и огляделся — потрясающе. Огромная стоянка, растения в стеклянных колбах прикручены к столбам, сочетание белого и зеленого успокаивает. Сразу за стоянкой начинается парк, живых деревьев он не видел почти четыре года, пока безвылазно сидел в Двенадцатом. В парке гуляют люди, наверное, пациенты.

— Я такого никогда не видел. — Крис покачал головой. — Как же тут красиво.

— Удивительно. — подтвердила Нанико. — Как тогда выглядит Первый?

— Лучше не спрашивай, туда впускают только жителей и тех, кому выслали приглашение. — ответил Крис.

— Столько людей живет за чертой бедности, а здесь… — Нанико обвела стоянку рукой. — А здесь такое.

— О дивный новый мир.

Лаконичная красота Третьего пугает, он чувствует себя белой вороной. Впервые стало стыдно за синие волосы, за рваные джинсы, за видавшие лучшие времена кроссовки. Кажется, что все вокруг понимают, кто он, видят его насквозь, и считают пропащим.

— Вот бы тут жить. — сказал Крис. — Красота, покой, будто оказался на другой планете.

— Ты способен на это.

— Мне бы обратно до Шестого подняться. Ну, а ты?

— А? — повернулся к нему и прищурился, ослепленный солнцем.

— Собираешься делать что-то со своим рейтингом? Давай вместе поднажмем, что думаешь?

— Мне нужно жить в церкви, если я хочу поднять рейтинг. А еще переводить старушек через дорогу, говорить «спасибо» и «пожалуйста». Нет, я вряд ли смогу выбраться.

— А мне так не кажется. — сказала Нанико. — Ты умный парень, если захочешь, сможешь даже сюда добраться.

— Бред какой-то. — он хмыкнул. — Если кто-то и будет здесь жить, то это Пэйтон.

— Ноэль, серьезно, — Крис облокотился на машину и положил руки на крышу, — хватит играть в отвергнутого, давай попробуем поднять тебя хотя бы до Девятого.

Хочется ли ему вырваться из Двенадцатого? Конечно! Он хочет перестать считать копейки, найти нормальную работу, снять квартиру, в которой кухня не будет находиться в одной комнате со спальней, но ему не хватает уверенности в себе. Да и все его немногочисленные друзья останутся там, за чертой.

Увидел, что Тай вывез Рёна из здания в коляске и занервничал. Неужели что-то пошло не так и он не сможет ходить?!

— Я говорил, что это лишнее, но кто меня послушает! — выкрикнул Рён, когда они оказались достаточно близко.

— Не ворчи. — Тай улыбается, как гордая мамочка.

Он, кстати, тоже улыбается, но заметил это слишком поздно, когда Змей прожег в нем дыру вопросительным взглядом.

— Привет. — Крис помахал рукой. — Приятно познакомиться, я о тебе наслышан.

— Вы братья? — уточнил Рён, вставая с коляски. — Привет. — они обменялись рукопожатиями. — Хоть один из вас улыбается.

— Он тоже умеет, но только по праздникам.

Пока Тай и Крис складывают коляску и пытаются убрать ее в багажник, Рён обнимает Нанико и поворачивается к нему. Смотрит будто с издевкой, глаза насмешливо прищурены.

— Ну?

— Что? — старается держать дистанцию, чтобы Тай не решил, что будет проще просто отдать его Харону.

— Ты не рад меня видеть?

— Очень рад.

«Настолько, что голова кружится, но тебе об этом, конечно же, не скажу».

В белом больничном костюме с растрепанными волосами и обезоруживающей улыбкой он выглядит как ангел.