Адам стоит посреди хаоса, который он устроил, и рассматривает куски своей жизни, которые он варварски разбросал вокруг.

— Разбирал? Уверен? — он взял книгу и повертел ее в руках. — Как тебе роман?

— Отличный. — чувствует себя сталкером.

— Мне тоже нравится. Ты мои вещи носил? — Адам смеется. — Так ты все-таки скучал по мне!

— Конечно, блин, скучал! Ты так нас всех напугал, когда пропал.

— Не помню, как оказался в больнице.

— Не думай об этом. — подошел к нему ближе, не может удержаться, не может стоять в стороне. — Главное, что сейчас все хорошо.

Адам целует его, а ему так больно, что терпеть почти невозможно.

— Что с тобой? Расслабься, Ноэль. И, не пойму, — Адам принюхался, — ты курил что ли?

— Нервы успокаивал. — непроизвольно сжал пачку в кармане.

— Еще есть? — он улыбается. — Я бы тоже не отказался.

— Серьезно?

Вышли на балкон, открыли окна и закурили. Адаму сигарета идет, как бы странно это не звучало. Выглядит очень уместно, будто он рожден для того, чтобы рекламировать эту пагубную привычку.

— Но потом — чистить зубы. — сказал он. — Потому что вонь от них ужасная.

— Согласен. — стряхнул пепел вниз.

— Закон нарушаешь? Забыл, с кем живешь?

Намек настолько недвусмысленный, что дыхание перехватило. Надо же, между ними столько всего было, а он все еще млеет от его топорного флирта.

— Это в последний раз, офицер. — он приложил руку к груди. — Клянусь.

— На этот раз отделаешься предупреждением. — Адам выбросил окурок и потянул его к себе. — Поцелуешь меня, может?

Он поцеловал, ощутил горький сигаретный привкус, удушливый запах, но только сильнее прижался к нему, потому что от Рёна так никогда не пахло и можно представить, что это вовсе не он, что это другой человек, которым Адам, по сути, и является.

— Пойдем в комнату. — прошептал он. — Без тебя было так хреново.

Адам снял джемпер, расстегнул пуговицу на джинсах и начал стягивать с него футболку. Они легли прямо на диски, на разбросанную одежду, что-то больно царапает бок. Он вытащил из-под себя фигурку персонажа из аниме и отбросил ее в сторону.

Руки Адама шарят по телу, опускаются ниже и ниже, он накрыл рукой его пах, замер на мгновение, потом поднял голову и спросил:

— Все нормально?

Нет, не нормально. У него нет эрекции, абсолютно, даже намека на нее. Он оттолкнул его, сел и начал одеваться.

— Ноэль…

— Не хочу говорить.

— Да что такое? — Адам схватил его за руку. — Не парься, такое бывает, чего ты…

— Нужно приготовить поесть. — он так резко взмахнул рукой, что чуть не ударил его по лицу.

— Эй! — Адам вскочил на ноги. — Да что с тобой?!

— Можешь просто дать мне пройти? — он толкнул его в грудь и вышел из комнаты.

Как же мерзко! Он не может перестать думать об урне с прахом, которая стоит у Хлои дома. Все равно, что заниматься сексом с порно-куклой в одном из салонов, предоставляющих такие услуги.

Он начал резать овощи, чтобы хоть немного отвлечься. Услышал, как хлопнула входная дверь, и испытал облегчение. Пусть идет.

Хотел бы этого Рён? Мог ли он действительно хотеть спать с ним, не только изображать любовь перед клиентками «Синего лиса», не только целоваться, перепив пива, а делать все то, что делал с ним Адам?

Бросил нож и сел на стул. Понятно, почему Хлоя не смогла жить с ним. Эти мысли сводят с ума, постоянно кажется, что он действует по записанной программе, что у него нет своих желаний, только список действий, необходимых для имитации человеческой жизни.

Может, он просто плохо разбирается в вопросе?

Решил, что завтра же позвонит отцу и расспросит обо всем, что касается биомехов. Понять, что ими движет, оказалось слишком сложно. Пока он не узнает, что творится в голове Адама, он и близко к нему не подойдет, потому что слишком сильно любит его. Или не его. Не важно.

Встречал друзей возле подъезда, сразу услышал, что они въехали в Девятый — рев моторов ни с чем не спутаешь. Наверное, соседи пожалуются на них хозяйке квартиры, да и плевать, в этих людях хорошего больше, чем во всем их дурацком квартале.

— Куда ж вы забрались! — Торим вылез из седла и огляделся. — Какое приличное место, нас точно отсюда не попросят?

— Нет. — он даже руку ему пожал, хоть и содрогнулся внутри.

— Рада видеть. — Лиза сняла шлем и обняла его. — Ты как? Как Рён?