Шрифт:
Он совсем растерялся. Все-таки, надо было подумать, прежде чем вестись на деньги. Сейчас они подведут Оливию, потратят ее время, и…
Рён сел на бочку задницей и притянул его к себе за футболку. Щелчки камеры участились.
— На меня смотри. — прошептал он и сжал его ногами. — Все, что будет «слишком» она просто не будет публиковать.
— Ногу одну на край, да, вот! — выкрикнула Оливия. — Хорошо, продолжайте.
Он оперся на бочку и подался вперед, а Рён ластится к нему, как кот. Откуда у него столько неочевидных талантов? Чувствует себя перед камерой настолько свободно, будто занимается этим постоянно.
Они стояли, сидели, Рён обнимал его, смеялся, переругивался с Оливией. У нее настроение тоже улучшилось, она ползала по полу, стараясь поймать хороший кадр, вставала на колени, в общем, показала на практике, что фотограф тоже не просто кнопку нажимает. В конце концов, он расслабился и почувствовал себя свободнее.
— У кого-то из вас постоянно телефон звонит. — сказала Дарья.
— Этой мой, наверное. — откликнулся Рён. — Не важно, потом посмотрю.
— Вдруг это Тай? — спросил Зисс.
— Давай закончим и посмотрим.
Еще некоторое время Оливия пыталась выжать из них хоть что-то, на настроение было испорчено. Она махнула рукой.
— Стоп, закончим на этом. Ну, пойдет. Не профессиональная работа, но чего я хотела, верно?
— Так о чем будет статья? — спросил он.
— Статья? Ну, зачем портить сюрприз. — она достала сигареты. — Это будет наш манифест, понимаешь? Не важно, потом поймешь. Давайте организую вам перевод и, сейчас, — она достала смартфон, — накинем вам по три деления за участие в социальной жизни города, да?
— Щедро. — Рён хмыкнул. — Это был не Тай, можешь успокоиться.
Наверное, паранойя взяла верх, но, когда Рён ушел переодеваться, Зисс схватил его телефон и залез в список вызовов. Да, звонил действительно не Тай, звонила «мама». Десятки вызовов каждый день, все пропущенные. Почему он не отвечает?
Да, это по-свински, никто не имеет права залезать в личные вещи, он сам бы здорово взбесился из-за этого, но на душе так хреново, что он везде видит что-то подозрительное.
Когда они сидели у Лизы он сказал, что его мать парализовало, так почему он не общается с ней? Нужно будет спросить об этом, но не сейчас, позже, если ему повезет и Харон не расчленит его.
— Когда выйдет статья? — спросил Рён, пожимая руку Оливии на прощание.
— Я пришлю вам экземпляр журнала, не переживайте. — она подмигнула. — Всего хорошего, мальчики.
Они вышли из здания, Рён посмотрел на часы и сказал:
— У нас все готово?
— Да, только Орси перекинуть на носитель осталось. — ответил Зисс.
— Ты говорил кому-то, что уезжаешь?
— Нет, смелости не хватило. Думал, скажу, когда заселимся.
— Готов? — Рён взял его за руку.
— Теперь точно готов.
Глава 27
Проснулся, лежит, смотрит на то, как солнечные лучи ползут по потолку. Болит спина, болят руки, он весь болит, так, что двигаться больно. Но он доволен, и собой, и Рёном. Они смогли, вырвались из Двенадцатого, неизвестно, надолго ли, но попытались и сделали это.
Рён повернулся к нему и положил руку на грудь. Утро стало еще лучше, даже не смотря на то, что они спят на матрасе в комнате, заставленной коробками.
— Доброе утро. — пробормотал Рён. — Ты как?
— Как один большой синяк. А ты?
— Нормально. Какие у нас планы?
— Ты знаешь, какие. Я не передумал.
Рён подвинулся ближе и целует в шею. По коже побежали мурашки, даже волосы на руках встали дыбом от удовольствия.
— Ты меня не переубедишь. — сказал, а сам начал гладить его по плечу. — Рён…
Он добрался до его губ и легко поцеловал. Теплый после сна, взъерошенный, в белой мятой футболке — что может быть лучше?
— Отличное соседство. — пробормотал Рён. — Теперь буду относиться к объявлениям типа «ищу соседа по комнате» с осторожностью.
— Ты еще куда-то собрался переезжать? — он гладит его по волосам.
— Может, в другой жизни. — Рён уткнулся носом ему в шею.
— Нужно вставать и звонить Таю. — он попытался его отодвинуть, но Рён только сильнее вцепился в него. — Ты чего?
— Не нужно. Пожалуйста.
— Рён, Нанико…
— Хватит! — он резко сел. — Ты что, не понимаешь, как это опасно?!
— Она наш друг. — с нажимом произнес он.
— Она — биомех. — холодно ответил Рён. — И ты собрался рисковать жизнью ради…