Конечно, до той униженности, которую демонстрировали перед аристократам еще было далеко, однако даже так, это намного превышало отношение к самураям.

Что еще можно сказать об этом городе?

Разве что стоит упомянуть явное наличие канализации. Улицы были чистыми, а без подобного нововведения, все очень быстро бы погрузилось в грязь.

В какой-то момент дома на улице стали расти все выше и выше, пока резко не оборвались толстой стеной, которая отсекала город от владений воителей.

Следом наступила полоса ловушек, в которой дорога то и дело петляла по диагонали, видимо, чтобы создать для нападавших как можно больше проблем.

Вид нависающих на тобой то и дело многотонных плит или острых земляных лезвий настраивал на философский лад.

Не добавлял уверенности и мрачный вид Джишина. Сумада шел широкими шагами, упрямо смотря вперед. Принц явно не видел впереди ничего хорошего.

С каждым шагом громада цитадели нависала над путниками все сильнее. Заходящее Солнце оказалось за вершиной, от чего на все вокруг опустилась чернильная тень.

А вот ворота, к которым они подошли, оказались не такими уж и большими. Стас от всей это гигантомании ждал чего-то совсем уж исполинского.

Ситуация вновь повторилась. Сенсоры проверили их на наличие неожиданных сюрпризов, после чего выдав сразу нескольких провожатых, повели внутрь.

Здесь жизнь тоже не затихала ни на минуту. Особенно сбивали с толку носящиеся по стенам воители, которые с удивительным пренебрежением игнорировали гравитацию.

У Стаса от подобных трюков даже закружилась голова.

Внутреннее строение города чем-то напоминало Гондор из Властелина Колец. То есть кольцевые улицы, опоясывающие гору по кругу и поднимающиеся все выше и выше. Однако в отличие от Гондора, воители не видели проблем, чтобы с помощью магии испещрить свой дом туннелями и залами и изнутри.

И как логичное продолжение подобной архитектуры, в этом месте было много лестниц. Наверное, это было сделано для слуг или детей, ведь опытным воителям они были не особо нужны.

А может степенные воители хотели пройтись ножками, а не прыгать, как взбесившиеся кузнечики.

В любом случае лестниц было так много, что даже с улучшившейся выносливостью Стас очень быстро выбился из сил.

Причем, некоторые лестницы были сущим мучением. Они порой имели столь высокие ступеньки, что приходилось задирать ногу чуть ли не до пояса, а их площадь была столь небольшой, что иногда Стас на полном серьезе боялся, что упадет и покатится вниз.

Бывало, эти ступеньки поднимались по полым цилиндрам, в которых кто-то по центру забыл сделать защитные бортики. А уж если откуда-то снизу резко начинал дуть пронзительно воющий ветер, то колени землянина начинали отплясывать чечетку, и он этого совершенно не стыдился.

А вот воители и Кенсей смотрели на все это с абсолютным спокойствием. Для них в падении не было ничего страшного, так как возможность приклеиваться к поверхностям, чудовищная сила и прочность в любом случае спасли бы им жизнь.

Как на зло, покои Джишина, что логично, располагались на самых верхних этажах, поэтому к концу пути Стас выглядел настолько жалко, что он даже поймал пару сочувственных взглядов Кенсея.

Из всех собравшихся у него оказалось, что удивительно, больше всего сострадания.

— Господин, — Джишину поклонился какой-то очередной воитель, который встретился им уже на этом этаже. — Мы немедленно сообщим Горо-саме о вашем прибытии. А пока наслаждайтесь отдыхом. После темницы этих проклятых…

«Эти проклятые Санса… Бла-бла-бла», — мысленно проворчал Стас, даже не прислушиваясь, что там тот воитель говорил принцу: «Постоянно одно и тоже. Какие они наглецы, уроды и подлецы, в то время, как мы сами-то, ничем не лучше. Тошно уже слушать это лицемерие».

Как оказалось, у Джишина имелось свое маленькое каменное поместье, или, правильнее сказать, огромная квартира, в которой нашлось место даже для небольшого дворика с декоративным садиком и фонтанчиком.

У последнего имелся красивый бамбуковый желоб, который, набирая воды, гулко стукался о камни, видимо, отмеряя время.

Именно здесь теперь на ближайшее время должны были расположиться они трое, пока Горо Сумада не решит их вызвать.

С огромным облегчением Ордынцев сбросил со своих плеч Левиафан. Змейка уже набрала больше десяти килограмм и таскать ее по всем этим лестницам было сродни пытке.

Плечи и ноги, лишившись нагрузки, приятно загудели.

Сама же Левиафан принялась обнюхивать их новое место для сна.