— Если б только обе дамы, — словно от зубной боли, морщится барон. — Это не наши паланкины, а вообще гостевые.

— Торфаальд, да вы в ювелирном доме с десятком эльфов чувствовали себя увереннее! — констатирую с удивлением. — Чем сейчас, в преддверии секундного общения с какими-то бабами!

— При них про баб не ляпните! — хмурится в ответ он. — Если ещё какие-то дела планируете в этих местах… И да, с эльфами я действительно чувствовал себя увереннее. Там хотя бы в морду дать можно, и не только в морду.

— Насчёт баб позволил себе исключительно при вас, наедине, — на всякий случай вношу ясность.

— Я именно потому и предупреждаю…

Что ни говори, совместное распитие спиртных напитков сближает на всех уровнях. Даже если пил только один из двоих.

Попутно, пока топали сюда с базара, моему спутнику на связной амулет пришло сообщение. Прочитав, он походя сообщил мне:

— Ваши дамы покинули город. Только что выехали через северо-восточные ворота.

Хотелось, конечно, задать множество уточняющих вопросов — например, кто это у них так хорошо поставил службу. Что он узнаёт в режиме реального времени даже такие интересные нюансы.

Поставив себя на его место, неожиданно для собственных правил, я решился на откровенность. Возможно, не в последнюю очередь, под влиянием его достаточно открытого приёма:

— Барон, не сочтите за попытку выведать секреты, если они есть…

— Я весь внимание, — он даже чуть притормозил. — У нас нет особых секретов.

— Вам о моих орчанках сообщили на какой-то регулярной основе? Эти доклады — система? Или вы через амулет отправляли какую-то команду отслеживать их специально, чтобы успокоить меня?

— Команд не отправлял, мне докладывают обо всех инородцах, — чуть удивляясь по инерции, без заминки ответил он. — Системно. Неважно, движутся они в город или из города. При условии, что они вооружены…

— Мои же вообще голые?! Почти. Какое оружие?!

—… или перемещаются на боевых конях, — завершил пояснение барон. — И никакого секрета здесь нет; просто я не всю жизнь прозябал в этом графстве. Был, знаете ли, опыт на тему того, какие разряды инородцев нужно отслеживать без промедления.

В его словах явно чувствовалась знакомая схема, поэтому я спросил и дальше:

— А эльфы из оружейной лавки каким образом выпали из вашей схемы? Ещё и не только со своими ковырялками, но и с чем-то стреляющим?

— Вот это вопрос, — неожиданно нахмурился он на ровном месте. — М-м-м, скажем так. Я — не единственный полусотник, имеющий право решать. Один мой коллега, по совместительству родственник графа, иногда чрезвычайно неразборчив, э-э, в способах обогащения.

— А граф смотрит на проделки родни сквозь пальцы, — закончил за него фразу я, чем заслужил одобрительный взгляд с его стороны. — Понятно… И такие, как те тёмные эльфы, наверняка процветают со своей контрабандой в его смену.

— Угадали, — удивился он.

— Не угадал, — покачал тогда головой я. — Закончим с нашими делами — возможно, смогу вам рассказать кое-что интересное, в том числе из личного опыта.

Какие-то караулы, похожие на церемониальные, стоят исключительно по периметру забора. В замок он легко забегает по лестнице, гулко топая затем по паркету коридора.

Люди навстречу попадаются, и совсем немало. При виде некоторых из них (вернее, их одежды), я перестаю испытывать комплексы на свой счёт.

Территория здоровенного строения, оказывается, имеет и закрытые для посещения сектора. По крайней мере, возле двустворчатой двери во всю стену мы встречаемся с ещё одним постом охраны.

— Не один, — без предисловий и формальностей коротко роняет Торфаальду усатый детина, развалившийся в полукресле.

— С этими? — мой спутник кивает в панорамное окно галереи, сквозь которое видны паланкины на плацу.

— Да.

— Спасибо, — барон, махнув рукой сидящим, чтобы не вставали, двери открывает сам.

— Снова вы?! — граф Ален был несколько удивлён неурочным появлением одного из начальников городской стражи.

– Если я помешал… — деликатно опустил глаза барон, стараясь не смотреть на почти что обнажённых по пояс подруг и родственниц графини.

Сегодняшние игры на раздевание, в которых принимали участие только узкие круги аристократии, Торфаальду никогда не нравились, насколько мог заметить хозяин города.