— Да, я тоже так думаю… Спасибо, Вел, можешь идти… Хотя нет, постой. Еще один вопрос.

— Да, сьер?

— А то зелье может как-то влиять на поведение или характер?

— Не слышал никогда о таком, — покачал головой Вел. — Вас что-то тревожит?

— Мне кажется, Теолла себя странно ведет. — Гард задумался, пытаясь сформулировать мысль. — Будто это она и не она… Это что-то неуловимое…

— Возможно, на нее так повлияло нахождение у Фаррета, — предположил Вел.

— Возможно… — нехотя согласился Эйдон. — А еще мне кажется, к ней начали возвращаться воспоминания…

— А это уже хуже, — нахмурился Вел. — При новых открывшихся обстоятельствах вернувшаяся к сьере память может сыграть против вас. Я, конечно, могу достать еще немного того зелья, чтобы отдалить этот момент, но и вы тоже поспешите. Лучше всего, если свадьба состоится в этом месяце…

Новость о беременности оглушила меня, выбила почву из-под ног. Я впала в самый настоящий ступор и даже не заметила, когда ушел Гард. Кажется, он разозлился, но сейчас мне на него было плевать. Я беременна. Беременна? Беременна! Теолла, как так? Неужели от Фаррета?

— А вы можете назвать срок, хотя бы приблизительно? — спросила я целителя, который уже собирался уходить.

— К концу шестого месяца следующего года разродитесь. — Он старался на меня не смотреть.

К концу шестого месяца… Знать бы, какой сейчас месяц и сколько у них этих месяцев в году. Надеюсь, ребенка они носят, как и наши женщины, сорок недель.

— Берегите себя, больше отдыхайте, сьера, — скомканно проговорил целитель, направляясь к двери. — Всего доброго.

— Райма, — позвала я служанку, когда он ушел, — это когда, значит, я забеременела? В каком месяце?

— В прошлом, сьера, — отозвалась она, глядя на меня исподлобья.

— Это в девятом? — предположила я, быстро прикинув срок по нашим меркам.

И служанка кивнула. Значит, угадала. И в году здесь столько же месяцев, как и у нас. Уже хоть что-то…

— Райма, принеси мне, пожалуйста, поесть, я поняла, что все-таки голодна, — попросила я женщину. В комнате витало напряжение, и мне хотелось хотя бы ненадолго от него избавиться.

Служанка ушла, а я наконец попыталась справиться с эмоциями. У Теоллы будет ребенок. Нет. Это у меня будет ребенок. Я его выношу, рожу и буду защищать до последнего вздоха. Я уже не надеялась стать матерью, полноценной матерью, не надеялась, что смогу еще раз почувствовать малыша в себе. Моя последняя беременность прервалась на пятом месяце, поэтому я помню свои ощущения. И вот некто сверху (боги, провидение, судьба, вселенная — мне совершенно все равно кто) дал мне эту возможность, это чудо, исполнил мою мечту, поэтому я не имею никакого права предать ее. И Теоллу не могу предать. Ее ребенок — мой ребенок, она может не волноваться за него, я буду любить его за нас двоих. И да, я все-таки счастлива…

Только что делать с отцом? Наверное, это все же Фаррет. Сообщить ему нет никакой возможности. Да и нужно ли? Я ведь не знаю, какие у них с Теоллой были отношения на момент ее побега. Впрочем, я вполне справлюсь и без отца малыша, кем бы он ни был. Но ведь есть еще Гард. Что будет и как он поведет себя после этой новости? Сейчас он злится, а потом?.. Даже не представляю, что от него ждать, и это очень тревожит. В свете того, что я узнала о нем из сна, мне и вовсе не по себе. Кажется, он способен на многое…

Райма продолжала молчать, даже когда принесла еду. Похоже, она тоже испытывала неловкость из-за открывшейся беременности, а может, и вовсе осуждала меня. От таких предположений на сердце стало совсем горько. Конечно, я и раньше не могла доверять Райме до конца, но у меня хоть было с кем поговорить и кого поспрашивать об этом мире. А еще она тепло относилась к Теолле, я чувствовала это, теперь же в один миг отдалилась.

Но, несмотря на переживания, я заставила себя съесть все, что было принесено: теперь мне надо хорошо питаться. Только я успела заметить, что в заснеженном царстве Гарда не особо потребляют овощи и фрукты, а все больше мясо и выпечку. Понимаю, климат не располагает к легкой пище, но все же…

— Райма, нельзя ли на будущее попросить, чтобы мне давали чуть больше овощей и фруктов? — поинтересовалась я. — Это возможно?

— Я передам ваши пожелания повару, сьера, — отозвалась та отстраненно. — Возможно, ему удастся увеличить закупки фруктов и овощей. Вы, наверное, не помните, но в Ваи теплый сезон короткий, деревья почти не плодоносят, приходится покупать их на юге. А сьер Гард не отличается расточительностью.

— Я буду благодарна за любое их количество, — сказала я, сдерживая вздох.

Райма кивнула и с пустым подносом направилась к двери:

— Отдыхайте, сьера…

Но не успела она покинуть спальню, как дверь снова открылась. Мое сердце пропустило удар: это был Гард, и от прежнего его благодушия и заботливости не было и следа.

— Значит так, — начал он, не спеша приближаться ко мне. Так и остался стоять почти на пороге, вызывающе скрестив руки на груди. — Твоя беременность стала полной неожиданностью для всех нас, что и понятно. Как и понятно, что ты, возможно, не помнишь, как и когда это произошло. — Его тон был сейчас таким же холодным, как и его магия. — О том, кто тебя обрюхатил, мы тоже точно не знаем. Во всяком случае, до того момента, как ты это вспомнишь и если вспомнишь… Но. Это ничего не меняет в моих намерениях. Я долго думал, переосмысливал ситуацию, пытался смириться с ней. Отдаю себе отчет, что унижаю себя, принимая такое решение. Однако я по-прежнему готов сделать тебя своей женой и принять с чужим ребенком. Но для этого мы должны сыграть свадьбу как можно быстрее, чтобы никто не заподозрил, откуда у незамужней сьеры растет живот. Мне хватит личного позора, что я беру в жены уже не чистую девушку, а…