И вообще этим зажравшимся боровам будет полезно вспомнить, что мир не ограничивается побережьем Балтийского моря. В сравнении с этим вот богатством Балтика кажется свиным корытом, в которое хозяева жизни милостиво разрешают вывалить объедки со своего стола. Да покарает Господь жирные задницы, заменяющие головы впавшим в старческое слабоумие свинским собакам! Scheisse!!!

Ещё в Любимовке Андрей Михайлович озаботился подарками хану Касиму, ибо к союзнику с пустыми руками приезжать неприлично. Подарок должен быть редким и дорогим с точки зрения одариваемого, но в то же время не должен слишком больно ударить по бюджету, и без того трещавшему по всем швам. Как ни странно, правильную идею подал князь Изборский на одной из посиделок после бани.

Указывая пальцем на пластиковую бутылку с пивом, он сказал:

— Ты, Андрей Михайлович, только на мягком стекле озолотиться можешь. В походах куда как удобная вещь. И лёгкая, и не разобьётся, и не прольётся. Знаешь, как в степи иной раз без воды туго приходится?

Самарин сразу подключил административный ресурс, позвонив старшему лейтенанту Лёхе, и тот через свих коллег вышел на фирму по разливу поддельной минеральной воды, где по себестоимости изготовили пять тысяч полторашек. И за каждой лодьей был привязан плот из упакованных в плёнку бутылок.

Подарок впечатление произвёл, но хан Касим не сводил глаз с золотого готического доспеха царя Иоанна Васильевича. Качественную китайскую поделку с Али-Экспресса покрасили и покрыли лаком в несколько слоёв, так что пластмасса сияла на ярком солнце, заставляя отводить взгляд и завистливо вздыхать.

— И вот ещё подарок! — по знаку Андрея Михайловича в ханский шатёр внесли ту самую рельсу, что была утоплена Дионисием при первой попытке добраться до Нижнего Новгорода. Целый день потеряли, пока ныряли и доставали её. — Прими в знак великой дружбы между нашими державами!

Для осмотра ответных даров пришлось выходить из шатра на берег Волги — хан Касим ещё в день отплытия Самарина вывел войска из Нижнего Новгорода и разбил лагерь чуть ниже кремля. Дары как дары, обычные для этого времени. Рулоны шёлковых тканей, золотые чаши и кубки с цветными камешками, две парадные сабли под детскую руку… И ахалтекинец, именуемый здесь аргамаком.

При виде великолепного коня Полина Дмитриевна потёрла ладони:

— Конезавод здесь организую.

— Кстати, — вдруг вспомнил Самарин, — а Сивка-Бурка трофейный где? Неужели у Вадима в квартире живёт?

— Продала.

— Кому он нужен?

— Ну не скажи, московский зоопарк с удовольствием купил единственный в мире экземпляр лошади Пржевальского.

Когла после осмотра подарков вернулись в шатёр и расселись на белой кошме, обложившись шёлковыми подушками, Касим пообещал:

— Разобью султана, аргамаков ещё больше станет!

— Не сомневаюсь, — кивнул Самарин. — Но давай уже закончим с нашим договором, а то государь устал и хочет спать.

— Не хочу! — обиженно насупился юный царь. — У меня ещё уроки грамматики, арифметики и географии.

— Что такое география? — тут же спросил хан.

— Вот, примерно, так, — Андрей Михайлович достал из кожаного портфеля большую карту, скачанную в интернете и склеенную из восьми листов. — Наука о странах, государствах и прочем. Заодно сейчас и границы обговорим.

Договор и границы обсуждали долго. Неожиданный затык возник при именовании Казанского ханства, ведь в него кроме самой Казани собирались включить Крым и бывшее Дикое поле, Северный Кавказ, заволжские степи вплоть до Байкала, и всю Малую Азию. Европейская часть бывшей ромейской империи Касима не интересовала.

Самарин предложил назвать новое государство Великим Татарским Султанатом, на что Полина Дмитриевна справедливо возразила:

— Мелко мыслишь, Андрюша. Наш уважаемый союзник достоин большего! Шахиншах, например.

Тут уже запротестовал Андрей Михайлович:

— Царь царей, говоришь? Как-то уничижительно по отношению к нашему Тимофею, то есть, Ивану Васильевичу. Царь, скажут, не настоящий!

— Логично, — согласилась боярыня Морозова. — А если императором? Касим у нас единственный законный чингизид, вот пусть и будет Чингизская Империя.

— Неплохо, — кивнул Самарин. — Единственное «но»… Это как бы титул христианских государей.

— Древние римляне были язычниками.

— Да похрену кем они были раньше, я про сейчас говорю.

— Я мусульманин, — на всякий случай напомнил Касим.

— И что? — удивилась Полина Дмитриевна. — Будет за тобой сила, никто и не вспомнит о такой малости.

На том и порешили. Ещё в договор внесли проект совместной беспошлинной торговли через отходящий Москве Таджи-Тархан, и проект арго-промышленного комплекса в междуречье Волги и Дона. Задел на будущее, так сказать. Ничто так не способствует дружбе между государями, как правильно поделенные общие прибыли.