– Уэбли-Фосбери. Классика — мягко улыбнулась Лейла — Настоящая вещь. А я люблю все настоящее…

– Босс — прохрипел Джейми.

– Когда ты прокололся, я понял, что ты решил заработать. Я начал копать, нашел следы, выудил пару парусекундных видеороликов со скрытых камер наблюдений, перекинулся несколькими словами кое с кем и окончательно убедился. Ты продал меня, Джейми. Ты рискнул и провернул сделку. Тебе заплатили литием и платиной. Причем ты ведь еще щедро поступил — себе забрал только половину нашей живой добычи. Как выяснилось нам достался бывший гондольер… я сука и не знал, что такой спорт бывает…

– Это не спор, босс — ответила Лейла — Скорее вымершая профессия. Но у Нью-Венетика откуда он родом профессия возродилась. Небесное элитное жилье на искусственных островках разделенных живописными каналами…

– Да похер. Нам достался гондольер. А ты договорился с бегуном. И раз он тебе подыграл, значит, ты отправил его к тем, к кому он сам захотел податься. Вопрос в том, к кому именно. Давай, Джейми. Рассказывай. Ты уже чуток знаешь меня и понимаешь — я тебе кишки через ноздри выну и через глазницы обратно в жопу пропихну. А сейчас я пьян…

– Босс… послушай…

– Это ты слушай… я знаю таких как ты. Крутой снаружи, но трусливый и мягкий внутри. Такие как ты идут под пытки, но потом всегда сдаются. Принцип у вас такой — я мол доказал, что сопротивлялся изо всех сил, а не начал говорить сразу. Плюс ты фантазер. В твоей тупой башке уже сложилось несколько разных красочных историй и в финале каждой из них ты выживаешь. Ты уже представил себе, как я пытаю тебя, рву из тебя куски дымящегося мяса, а затем мы разговариваем, ты каешься и обещаешь, что уже никогда меня больше не продашь. Ты уже представил, как я прощаю тебя. И ведь ты даже веришь в эти тобой же придуманные истории. Ты веришь, что так и будет…

– Босс…

– Сегодня ты умрешь, Джейми. И самое тяжелое будет не избавиться от твоего трупа, а дать знать Дарин о том, что я убил ее младшего брата. Сука… мы с ней с самого начала. Мы вместе с ней росли в гребаных трущобах, а она постоянно таскала тебя мелкого и вечно обосранного в рюкзаке за спиной! Она боялась оставлять тебя в наших ненадежных берлогах. Боялась, что тебя изнасилуют извраты, боялась что добрый наркот вколет хныкающему младенцу грязную иглу с веселой отравой, боялась что тебя тупо украдут на органы для богатых детишек, боялась что на тебя выбредет какой-нибудь ублюдок с выжженным мозгом и сделает с тобой такое, что…

– Босс…

– Ты вечно срался и мочился. Даже памперсы на помогали. От Дарин все время воняло детской молочной смесью, дерьмом и мочой… как мы над ней стебались… а она перепеленывала тебя, смеялась и говорила — придет время и Джейми удивит вас всех, ублюдки! Он удивит вас! Ну… вот ты и удивил меня, Джейми. Дарин одна из немногих, кого я уважаю. Я настолько не хочу ее огорчать, что предпочел бы чтобы ты остался незамеченным. Чтобы я поверил твоей тупой байке об айтишнике с в прошлом неплохой бегучестью и либидо… В этом вся проблема — ты облажался! Ты не подчистил за собой дерьмо и наляпал лишнего…

– Послушай, командир… я… я прокололся… я накосячил… но ты же меня на коленях держал! Ты меня с бутылки кормил — сеструха рассказывала! Мы же почти семья!

Хмыкнув, я подхватил нож для колки льда и вбил лезвие в бедро Джейми. Дождавшись, когда вопль стихнет, сменившись сдавленным стоном, я допил водку и мрачно произнес:

– Может пусть его Дарин шлепнет?

– Она точно не сможет. Родная кровь — ответила Лейла, умно отступая на шаг от могущего начать выкидывать номера обреченного Джейми — Не заставляй ее, босс. Хочешь я его грохну?

– Убить легко — помотал я головой — А вот сказать об этом Дарин… как бы получше начать? О, Дарин, новая прическа? Тебе идет! А я тут твоего лживого братца шлепнул час назад… что делать с его трупешником? Как тебе?

– Дерьмово звучит.

– А если…

– Как не скажи — все равно дерьмово будет.

Пожав плечами, я вытащил из набедренного кармана свободных полувоенных штанов револьвер и взглянул на покачивающегося на стуле Джейми:

– Кто покупатель?

– Водка…

– Джин-тоник надоел?

– Да нет… Лейла наливала из бутылки. Фирменная крутая водка крутой корпорации… Россогор.

– Ты продал айтишника Россогору, дерьмоед?!

– Да… они щедры. Босс… у меня с ними неплохие зацепы. Я договорюсь. Будут новые сделки. Щедрые. Россогор заплатит чем захочешь.

– Правда?

– Правда! Я в четком контакте с самим Глебом Фишером — представителем Россогора в нашей башне. Я пробью любую тему! Договорились, босс?

– Нет — улыбнулся я и выстрелил ему в сердце.

Когда он упал, повторил выстрел туда же и заставил себя не стрелять ему в голову.