– Тронбрэнс продул — со знанием дела вякнул один из смотрящих — Зря он не выпил свое мегазелье!

– Колдунья Трахорта подставила его! — тяжко вздохнул второй — Он ведь не дворянских кровей…

– Как не дворянских? — с ужасом пошатнулся сидящий позади всех дедок — Он смерд позорный? Мерде!

Дорожка понеслась навстречу. Проскользнув мимо нескольких тяжко зевающих работяг, что явно решили начать день пораньше — чтобы заработать бабла на вечерний просмотр сериалов — я пролетел сквозь жилую зону, хлопнул по хребту выползающего из-под слишком маленького для него навеса минотавра, отчего тот с гулом врезался рогатой башкой в столб и злобно заревел:

– Какая сука… ок-х… какая сука такой низкий навес сделала?! А?!

Вбежав в храм, я вынужденно чуть снизил скорость, но это не помешало мне отработать скоростное продвижение по здешнему лабиринту, которое я обозначил как вражеский. Когда я вошел в центральное помещение, заполненное ароматом цветов и едва ощутимой затхлостью, пот с меня ручьем катил.

– Управляющая — выдохнул я — С каких пор даже строчку написать лениво?

– Доброе утро, команданте мерсенарио Оди. Я написала.

– Ага. На сериальных сиськах. Я увидел. Но почему не прямо тут — подняв руку, я постучал себя пальцем по мокрому от пота виску — Где мои любимые зеленые буквы?

– Так… безопасней.

– О как… для кого?

– Для меня.

– Ответ честный — усмехнулся я и нагнулся, чтобы подобрать один из крупных камней, что служил обрамлением для клумбы.

Наметив цель, я метнул камень и тот, пролетев через центральную площадку и озерцо, врезался в торчащий из земли обломок стены. Я пошел следом, поощряюще кивнув на ходу:

– Продолжай, Управляющая.

– Вчера мы не смогли закончить разговор.

– Да. Со мной внезапно захотела пообщаться Мокса.

– Внезапно? Ее поступок очевиден. Из никому неизвестного чужака со смутной историей и испачканными в крови руками ты превратился в настоящего героя.

– Где-то это уже было.

– Ты убил дракона. Нашел сокрытое в земных недрах убежище Хуракан.

– Ты нашла его первым — убежище.

– Речь о тебе, коменданте Оди. И о Моксе. Ее выбор понятен. И он подкреплен известием с моей стороны.

– Известием о чем? — заинтересовался я, вброд добравшись до камня и снова метнув его в противоположную сторону — Кстати… что там про вражеский шагоход?

Вместо прямого ответа помятый стальной шар испустил одинокий лазерный луч, что уперся в некогда увитую цветущими растениями стену. Теперь там был голый и старый потрескавшийся бетон, на котором закрепили четыре достаточно больших экрана. Модернизация идет полным ходом. Или скорее реставрация…

На всех экранах были показаны различные участки Вест-Пик. Нижний правый мигнул и высветил замерший в джунглях боевой шагоход. Хрен его различить обычными средствами, но Управляющая умудрилась его выделить и подсветить так, что я без труда увидел не только несомое вооружение, но и одинокую фигурку пилота, что свесив ноги сидел на раздутом левом плече машины и глядел на Вест-Пик.

– Как далеко?

– Два километра. Она…

– Сольпуга.

– Вероятней всего. Сольпуга… в нерешительности.

– Жить или умереть — оскалился я, швыряя камень в третий раз, а затем подбирая обломок уже побольше — Да… это всегда сложный выбор. Умереть ради мести? Или же выбрать жизнь и тихо уйти?

– Стремление выжить… вполне разумно. Это моя главная цель. Я хочу жить, чтобы служить.

– Жить? Ты хотела сказать «существовать»?

– Игра слов. Тот же смысл. Сольпуга хочет жить…

– Если она пойдет в атаку — помедлив, я еще раз глянул на скрытый в джунглях шагоход — Я сделаю ей предложение войти в мой отряд.

– А если она уйдет?

– То уйдет. Ты за этим меня позвала? Посмотреть на грустную девку, что не может выбрать?

– Нет… я хотела поговорить… я хотела поговорить начистоту.

– С каждым днем машины удивляют меня все сильнее — хмыкнул я — Куда делась твоя косноязычность, Управляющая? Где вот это твой полумашинный строгий такой язык… где эти звенящие бесстрастные нотки машинного голоса? И что за известие ты передала Моксе?

– Я сообщила ей, что ты вскоре покинешь Вест-Пик навсегда. А затем я добавила, что сделаю все, чтобы ты больше никогда не вернулся.

– Откровенно сказано — признался я и, подавшись всем телом вперед, швырнул тяжеленный булыжник, впечатав его в стену и раскрошив — Откровенно… Раз ты решила избавиться от меня…

– Я хочу и дальше… существовать, Оди. Я не могу входить в прямой конфликт с настолько мощными фигурами как системы управляющие глобальными убежищами. У них свои правила. Строгие правила их подопечных.