— Пора бы и честь знать, молодой человек, — сказала она, проходя на кухню.

— Извините, — сказал он и посмотрел на свои новые наручные часы. — Ого! Мы засиделись. Прошу прощения. Думаю, мне пора, — поднялся он.

— Я провожу, — сказала я.

Подарила ему поцелуй на прощание, и он с широкой улыбкой покинул квартиру. Не смогла сдержать улыбку, наблюдая за ним в окно: приехало такси, и парень отбыл. Кажется, все наладилось между нами, но небольшой осадок остался от этого дня.

***

В университете студенты гудели как улей, озаботившись предстоящими зачетами и допусками к экзаменам, искали: прогульщики и студенты-летяги, выпрашивали недостающие конспекты, в читальном зале прибавилось желающих пополнить знания. Так что побыть наедине со Всеволодом мне практически не удавалось, прогулки были недолгими из-за низкой температуры и моей занятости. Тренажерный зал три раза в неделю, четыре раза вождение по часу или более и фотосъемка среди недели с подачи Николая.

Мое лицо на наружной рекламе не осталось незамеченным одногруппниками, только слепой, наверно, не видел растяжки, баннеры или билборды по городу. Как и мои новые фотографии в социальных сетях, под которыми оставляли десятки комментариев и признаний в чувствах мои виртуальные друзья.

В этот раз съемка проходила немного по-другому, более колоритно, что ли. Как объяснил Николай: «Поступил хороший заказ на календари для одной из крупных строительной организации города. Для тебя хороший опыт и оплата. Даже не стоит раздумывать. Соглашайся». Озвученное вознаграждение радовало больше, чем потрясные профессиональные фотографии, даже пришлось пропустить занятие по вождению ради такого.

Нас привезли в промышленную зону за городом, провели по гостевому пропуску на территорию за колючей проволокой через турникет, аккуратно минуя административное здание. Собралось двенадцать девушек, преимущественно блондинкок, на которых пускал слюни мужчина в строгом костюме с белой каской в руках, который представился как заместитель директора по общим вопросам. Он проводил нас в огромный закрытый полигон и показали помещение, которое отвели под раздевалку к съемке, где нас ожидали подписанные наряды и пара визажистов-универсалов с походными чемоданчиками. Как только вышли с девчонками, ужасно много любопытных собралось по углам, несмотря на тяжелый запах масла, бензина и еще чего-то. Как бы ни старались убрать до нашего приезда, им это не удалось до конца.

Первый выход на фотосет был в образе тружениц-ударниц, при макияже и укладке в джинсовых шортах, футболках, в касках с реквизитом в руках: лом, кувалда, девчонки даже не поленились снять с пожарного стенда топор, багор и лопаты. Стоило выйти половине девушек, как посыпались щелчки камеры, Николай решил запечатлеть это зрелище. Так отсняли каждую с реквизитом в руках у разных станков или посреди здания. Спасибо администрации за отапливаемые помещения, мы так втянулись в процесс, что фонтанировали эмоциями на тему организации строительства, предлагая из разряда «отпадное-невероятное».

Второй выход был в платье, мне выпал февраль и платье в пол оранжево-желтого цвета, никогда бы в жизни такого не надела и тем более не купила, так как у меня стойкая ассоциация с дорожным конусом. Мне поменяли макияж и укладку, просто изменили полностью образ, в сочетании с платьем вышло неплохо. Так я и вышла на высоких шпильках, придерживая подол, который, если отпустить, тянулся за мной шлейфом.

— Нинель, забирайся на эту желтую лестницу, — скомандовал Николай.

— Постараюсь, — ответила и подобрала подол выше.

— Стоять! — прозвучала команда, как только я занесла ногу на вторую ступень. — А теперь представь себя Королевой, — сказал он.

Это я могу!

Я только отпустила подол, который мягко расстелился по ступеням, и посмотрела сверху вниз. Николай с разных сторон сделал каскад снимков.

— Королева, я поверил! Отдохни немного, следующий сет будет в гараже со строительными машинами.

— Порулить разрешат? — спросила я.

— Постоять рядом.

Спустя некоторое время нас привели в огромный гараж, где мы одетые как яркие экзотические цветы, принимали соблазнительные позы для каждого месяца года рядом с огромными строительными машинами, преимущественно новенькими и блестящими. Даже не могла себе представить, как это выглядело со стороны. Но работники гаража с радостью помогали забраться и даже поставить механизмы так, как просил Николай: опустить рабочую люльку, приподнять ковш экскаватора, выпустить стрелу крана и многое другое.

Закончили поздно, но на позитиве. Если можно опьянеть от смеха, наверно, с нами было что-то подобное, или просто надышались парами в гараже за период съемки. Смешинка попала всем, после заключительного кадра с дядечкой в каске, который можно было назвать «мужчина попал в рай», в окружении двенадцати прекрасных дев.

— Как всегда, лучшая ученица! — сказал Николай, вручая конверт. — Затмила экскаватор в гараже.

— Скажешь тоже, — усмехнулась я.

— Я серьезно. Как ты решилась встать в ковш, это просто треш! Лучший кадр!