Эту неделю мой парень старался как можно больше времени провести со мной, а еще лучше остаться наедине. Было несколько опасных моментов, которые моя бабушка прокомментировала бы так: «Сейчас уделает девчонку». Первый, когда мы проводили Саву на занятия в музыкальную школу, вместо прогулки вернулись домой, парень очень настойчиво намекал на близость, но именно в этот момент позвонил мой папа. Как будто чувствовал неладное. Пришлось взять паузу и поговорить с родителем. Второй, когда его младший брат был в другой комнате, Всеволод старался принять со мной горизонтальное положение, укладывая на кровать брата. Как-то неромантично заниматься этим по-быстрому на подростковой кровати с машинками, когда в комнату может без стука забежать Сава. А он и ворвался, хоть часы сверяй, не более пяти-семи минут наедине можно было провести. Поцелуи стали настойчивее, так что парень подарил мне первые засосы на шее перед своим днем рождения. Но мы так и не пересекли рубеж, всегда кто-то мешал, словно меня отводили от этого важного шага в отношениях.

В этот вечер пятницы в город пришла зима. Я не отказала себе в удовольствии выгулять свои обновки. Постаралась выглядеть хорошей девушкой в глазах своего парня и его родственников. Тщательно собиралась: сделала укладку, естественный макияж, максимально скрыла следы на шее, подобрала скромное платье по фигуре. Девочка с картинки смотрела на меня в отражении зеркала.

— Хороша! — сказала Анна Нафталиновна. — Кому такое счастье достанется?

— Рано еще об этом говорить.

— Как скажешь. Как картинка. А в шубке диво как хороша. Принцесса. — Еще раз окинула меня взглядом и добавила — Королева!

— Спасибо.

Вызвала такси и к назначенному времени стояла с подарком в руках на пороге квартиры, где меня встречал именинник. Он смотрел на меня, а я на него. Он выглядел официально в брюках и рубашке, даже волосы лежали по-другому, не, как обычно, в небольшом беспорядке.

— С днем рождения! — сказала я первой, прерывая молчание, и протянула ему упакованную коробочку с бантом.

Заметила выглядывающую любопытную мордашку Савы из дверного проема зала.

— Спасибо, — взял парень в руки презент, продолжая смотреть на меня, не моргая.

— А у вас найдутся свободные плечики для шубы? — спросила я.

— А? Да, — отмер он и ушел в комнату.

Пока стояла в ожидании, поняла по количеству одежды и обуви в прихожей, гости в сборе, ждали только меня. Сава вышел из своего наблюдательного пункта и посмотрел на меня с восхищением.

— Привет! Ты такая красивая, Нинель.

— Привет. Спасибо, — улыбнулась я.

Появился Всеволод с вешалкой в руках, и вскоре я предстала перед родственниками парня. Их за столом было немного, три супружеские пары, насколько я поняла по рассадке, и сейчас все их внимание перешло с именинника на меня.

Быстрое приветствие и знакомство под холодные закуски, потом перешли в анкетирование под горячие закуски. Мирослава Игнатьевна, мама моего парня, не стесняясь, смотрела на меня и задавала больше всех вопросов. Конечно же, поинтересовались в первую очередь местом жительства, пропиской родителями, а потом вскользь поинтересовались учебой и увлечениями. Всеволод также напомнил, что я учусь в автошколе, на что его мама вопросительно вздернула брови, так и говоря: «Правда, что ли?» Стол был красиво оформлен, как и подача блюд, пришлось соответствовать и аккуратно управляться ножом и вилкой. Радовало то, что среди гостей затесалась Марина Игнатьевна из студии «Миг», которая хорошо ко мне относилась на протяжении всех репетиций, она была не только тетей моего парня, но и его крестной матерью и одна смотрела на меня приветливо.

— Мира, ты бы видела, какая они красивая пара в танце, — сказала она.

— Лучше, чем до этого была партнерша у Всеволода? — спросила Мирослава Игнатьевна.

— То было, когда он входил в подростковую пору, Мира. А сейчас они так грациозно двигались, с первого такта. На такое нужны годы тренировок.

— Нина, ты занималась танцами? — спросила меня мама Всеволода.

— Да.

— Понятно.

Понеслась череда тостов за именинника: от родителей, чтобы он оправдал их ожидания и надежды. От крестных, чтобы не огорчал родителей и радовал их своими достижениями. Когда настала моя очередь, сказала кратко:

— Желаю, чтобы на твоем жизненном пути удавалось все, к чему ты стремишься. За тебя, Всеволод, — подняла я фужер с морсом.

— Спасибо, Нинель, — сказал он, обнимая за талию, встречаясь со мной глазами.

— Очень мило, — прокомментировала мама Севы.

Мы так и сидели в этом семейном кругу, где каждый нашел себе собеседника по интересам, пока Всеволод не сказал мне на ушко:

— Пойдем, я тебе хотел кое-что показать.

— Сейчас?

— Ага, — и добавил громко для остальных. — Мы ненадолго.

Мы вышли из зала под прицелом глаз и скрылись за прикрытыми дверями в комнате Севы и Савы. На письменном столе стоял мой подарок, так и не распакованный, а парень прошел к окну и откинул штору, открывая вид из окна.

— Это был самый необычный подарок, Нинель.

— О чем ты?

— Я про рекламный щит.

— Рекламный щит?!

Я подошла ближе к окну и внимательно посмотрела… на себя в нежном завораживающем образе.

«Ты достойна стать королевой!» — гласила надпись на щите, а ниже шло название и адреса салонов красоты города.