– Да бери ты, че хочешь! Можешь вообще завтрева на жопе сидеть! Я одна пойду, и дитев прокормлю! – гневно крикнула Настюха, с размаху грохнула чайником об пол и выбежала в коридор.

– Так-то, братан, – развел руками Менгеле, – да ты че стоишь-то? Садись, расставляй. Я сегодня вроде как белыми начинаю? Ща, я быстро. Рюмки в шкафу.

Шаркая тапками, Менгеле подхватил чайник и удалился в сторону кухни мириться, а я достал из полированного шкафа три рюмочки, осторожно освободил стул с гнутой спинкой от спавшего на нем кота, сел за стол и начал расставлять фигуры, краем глаза посматривая в телевизор. В общем-то смотреть было особо не на что. По экрану бегали извилистые полосы и только изредка из-за них показывались фигурки футболистов. Вернулся Серега довольно быстро, в руках он нес тарелочки с салом и огурчиками и бутылку с чем-то коричневато-прозрачным, подмышкой у него были зажаты шахматные часы.

– Только давай сегодня в час уложимся, – предложил он, расставив закуску, налив по первой и двинув вперед пешку. – А то сам понимаешь…

Я возражать не стал. Серега сделал ход и нажал на кнопку, часы начали отсчет, я немедленно двинул свою пешку навстречу белой. Серега улыбнулся и пошел конем. Я подстраховал свою пешку второй – от ферзя. Начинали мы обычно быстро, только и делали, что по кнопкам хлопали. Только ходу на пятнадцатом Серега задумался, так что наливать пришлось мне. Пошел Менгеле оригинально вместо того, чтобы защищаться, послал в атаку слона. Тут уж задумался я. За это время успели хлопнуть по первой и закусить.

– Хорош у тебя нынче напиток, – искренне похвалил я, – свое производство?

– Частично, – ответил Менгеле, занюхивая корочкой. – Медицинский спирт на кедровых орешках. Конечно, не полностью еще настоялась, хотел недельки через две открыть. Да сам понимаешь, ради такого случая… Шах тебе, любезный. И предлагаю сразу по второй!

Я прикрылся пешкой, ударил по кнопке и махом выпил. Снова почувствовал, как живительная влага внутри превращается в тепло и спускается вниз в район желудка. Хорошо!

В этот момент в комнату вошла Настюха, молча поставила перед нами кувшин с клюквенным морсом и какую-то резную шкатулку. Открыла крышку. Я заглянул краем глаза, в шкатулке лежала какая-то бижутерия. Судя по всему – недорогая.

– Слышь, Серега. Помнишь, к нам москвичи приезжали отдыхать? Ну када мы в медпункте жили. Так это от ихней девки малой осталось. Как уехали – забыла она. Будем брать?

– Не думаю, – ответил Серега, не отрывая взгляда от доски. – Сама ж знаешь, они берут только личные вещи.

– Так уж четыре года у нас, можно сказать, что уже наше.

– В принципе, да, согласен. Только хрен его знает. Ладно, возьми, только не всю шкатулку. Так, пару вещичек полегче.

– И то правда, – обрадовано сказала Настюха, вынимая из шкатулки гребень с фальшивыми изумрудами и миленький кулончик в форме сердечка, – возьму это и это. Какой ты у меня, Сережка, умный!

Она чмокнула умного Сережку в кудрявый затылок, лихо пропустила с нами стопочку, занюхала огурчиком и снова ушла на кухню.

– Слышь, Роман, а ты никогда не думал, зачем им это? – неожиданно спросил Менгеле.

– Им, в смысле старьевщикам?

– Ну да. А кому ж еще?

Я вопросу не удивился. О старьевщиках мы с доктором Менгеле говорили не раз, но чаще всего по приколу. Особо, когда нам, сельской интеллигенции, зарплату задерживали. Мол, скока ж можно нам в этой финансовой дыре болтаться? Когда ж эти старьевщики придут? Когда ж заживем нормально? Или когда в сети всплывал очередной ролик про визит старьевщиков в Рассею матушку. Сидим и завидуем, вот, мол, опять кому-то свезло, полку счастливчиков – миллионеров прибыло. Ну почему не нам?

Да, теперь почему-то о старьевщиках мы говорили именно в таком контексте. И не только мы. Вот спроси кого хочешь в Сосновке про старьевщиков. Что ответит? Правильно: «Хрен с ними, кто они есть на самом деле. Только когда ж, наконец, придут и осчастливят? Ждать устали!». Такая вот порода человечья. А ведь как было сначала? Со всех сторон только и слышно: «Контакт состоялся!», «Начало новой эры!», «Братья по разуму!», «Мы не одиноки в этой вселенной!» Да, не одиноки – это точно на 100%, даже на двести! Народ от телевизоров не отрывался, все ждал, когда продвинутые инопланетяне распахнут нам дружеские объятия в прямом эфире. Или хотя бы кто из правителей сообщит о состоявшемся контакте и начавшемся сотрудничестве. Только не получилось у нас контакта. Не хотели старьевщики, таинственные братья наши по разуму особо контактировать. Появятся, соберут старье, одарят драгоценным металлом и пока, до следующей встречи. Никакого общения с представителями власти, никаких интервью, никакой информации о себе, вообще ничего! Когда власти пытались настаивать, порой прибегая к силовым методам, просто исчезали. Вот была лавка старьевщиков в прицеле самолета, как на ладони, и вот нет ее. Наши-то, слава Богу, не китаезы. Вовремя смекнули, что обижать старьевщиков не следует. А то хрен знает, чем бы все обернулось.

– Зачем им наш хлам? – продолжал тем временем Серега, – да еще за такие деньги?

– Старьевщики денег не дают, – напомнил я.

– Ну не деньги. Золото, платину, прочую таблицу Менделеева. Откуда-то они это берут? Думаешь, у них этого золота, платины что у нас дерьма? Ну, хорошо, допустим, где-то в космосе летают астероиды, полностью состоящие из золота, платины, лития, фигития. Допустим, им с ихними технологиями все это выплавить обходится в сущие копейки. Или у них камень философский завелся, которым любую железяку запросто можно в золото превратить. Хорошо, я это тоже допускаю. А доставка, это ж сколько энергии надо?! Да и хрен бы с ней, с энергией! Допустим, они ее напрямую с Солнца сосут, или звезды какой. Но зачем им старье наше? Ты вот в своем институте учился, науки мудрые постигал, может, подскажешь?