— Привет, Молли, — неуверенно сказал Люк, пытаясь освободиться от тюлевой занавески и одновременно сообразить, что делает полуголая агент ФБР в комнате работника местной полиции. — Я не помешал?

Молли, надо отдать ей должное, сообразила что к чему практически мгновенно. Сказалось общение с Палмером. Но вот беда — Нико был на первом этаже, и их взаимоотношения только начали развиваться… Короче, Молли предпочла бы, чтобы Люк зашел в другое время. Кроме того, пытаться поймать Эй-Ай — значило помогать этому любителю паранормальщины, ее напарнику. Лучше сразу застрелиться, решила девушка.

К сожалению, шума, который наделал Эй-Ай, влетев в комнату, вполне хватило бы, чтобы разбудить мертвого. И верно.

— Молли! — раздался встревоженный голос. — Ты в порядке?

— Да! — крикнула девушка, затем посмотрела на Люка.

Посмотреть было на что. Люк был зеленым в красную полоску. Гарик переустановил программу маскировки, но переустановил как-то не так.

— Ты же умеешь исчезать! — яростным шепотом произнесла она, косясь на пиджак, висящий на стуле. Там же висела кобура, да вот беда, незваный гость стоял на как раз между нею и стулом. Зачем ей нужен пистолет, Молли не знала, просто без него она чувствовала себя как бы голой… Что, кстати, было недалеко от истины. — Исчезни!

— Не могу, — вздохнул Люк. — Маскировка не работает.

— Молли!

— Он идет сюда! — Девушка в панике посмотрела по сторонам и, вместо того чтобы вытолкнуть незваного гостя в окно, принялась — вот что значит стереотипы — запихивать его в шкаф.

— Я протестую… — начал Люк, но его возражений никто не слушал.

— Что случилось? — невинно хлопая глазами, спросила девушка у вошедшего в комнату Нико. — Такой ужасный шум… Что ты уронил — холодильник?

— Вопрос. — Люк, даже сидя в шкафу, не собирался отказываться от общения с друзьями. — Что Молли делает в спальне у Нико?

Киберпанки, наблюдавшие за катанием на доске, а затем волей-неволей и за всеми последующими событиями, не замедлили отозваться. Из круга общения был исключен только Боб, которому готовили сюрприз под названием «воссоединение с дочерью», а вообще-то катание было делом интересным, так что под конец смотрело его человек сто, и — как и в случае с вопросом «почему я такой» — из ответов можно было составить целую книгу. Очень циничную книгу.

— Им надо помешать! — заявила Кира. — Должна ли я информировать Линду?

— Зачем огорчать хорошего человека? — удивился Гик. — Пусть лучше у нее будет праздничное настроение, когда она поедет навещать отца. Как она, кстати?

— Почти сдалась.

— Я собираюсь пошуметь, — сказал Люк. — Владимир?

— Тут я… Слушай, а может, не надо? Они же все-таки… того… Власть…

— Власть — это над Бобом. У него лазера нет, и он гражданин Америки, — возразил Люк. — А я не являюсь гражданином Америки, а значит, могу делать в Америке все, что хочу. Особенно учитывая, что смертный приговор мне уже вынесен заочно. Лучше дай мне что-нибудь из тех песенок…

— Это что?! — Нико сел на кровати, изумленно таращась на, шкаф для одежды, словно пытаясь проникнуть сквозь фанеру своим взглядом. А что бы вы сделали на его месте — из шкафа мощно неслось «Прощание славянки»?!

Медленно, стараясь не дышать, Нико подошел к шкафу и взялся за ручки обоих дверей. Затем он резко распахнул шкаф, а еще немного спустя — попятился, споткнулся о табуретку и грохнулся на пол рядом с кроватью. Люк разобрался наконец с теми изменениями, которые Гарик внес в его программу обеспечения невидимости, хотя то, что находилось в шкафу, невидимым можно было назвать только с известной натяжкой. То есть просто рябило в глазах.

— Ты уверен? — переспросил Люк.

— Поверь моему опыту, — заверил его Владимир, сдерживая смех, — сегодня он ЭТИМ заниматься уже не будет. И перед сном он еще долго будет заглядывать в шкаф… И под кровать. И вообще…

— Тогда я пошел. — Люк помахал несостоявшимся любовникам ручкой, вышел через дверь, спустился по лестнице и побрел да улице, расспрашивая Гарика о том о сем. Главным образом его интересовало, почему он больше не может стать «невидимкой». Гарик извинялся, ссылаясь на случайную ошибку, с кем, мол, не бывает. Затем Люк осознал кое-что еще.

— Владимир! — позвал он. — А что это значит — поверить твоему опыту? Тебе что, приходилось обнаруживать в шкафу Эй-Ай?

— В каждом семейном шкафу обязательно лежит Эй-Ай, — радостно отозвался русский, чем вверг Люка в состояние глубочайшей растерянности…

…от которой он оправился минут через двадцать, и беседа возобновилась в прежнем составе плюс Боб.

— Кстати, я доску забыл. — заметил Люк. — Она там и осталась торчать в подоконнике второго этажа! А знаете, кто был в той машине?