В настоящий момент продолжается разбор обломков обрушившегося ночью здания. Как известно, его строительством занималась компания “Аркситект”, уже имеющая судимость за сознательное использование некачественных стройматериалов. К счастью, по настоянию известного петербургского мецената — Кирилла Харитонова, одного из пострадавших в прошлой катастрофе, в рамках судебного заключения была предписана полная экспертиза проектов печально известной компании, на время проведения которой все сотрудники были эвакуированы — в здании не находилось ни единого человека. На месте трагедии побывал наш специальный корреспондент Дмитрий Мельников. Дмитрий, вам слово…

Осознание происходящего приходит не сразу. Еще довольно долго я стою и пялюсь в экран, наблюдая картину, внутри которой побывал сам. Камни с торчащими арматурами, люди в жилетах с какими-то странными приспособлениями и скорая неподалеку… Воспоминания живы, наверное они будут со мной до конца жизни. Хотя я не видел, что творилось на месте обрушения с этой стороны. Присматриваясь к мелькающим на заднем плане фигурам врачей, я пытаюсь увидеть там Жен, даже не смотря на то, что ее там быть точно не может. Она же улетела в Германию, оставив позади все обломки.

Не сразу понимаю, что влага на шее — мои собственные слезы. Неужели это правда я предотвратил новую трагедию? Спас людей от кошмара, в котором побывал сам? Представить страшно, что я мог пойти на поводу у отца и махнуть рукой на расследование… Хотя о чем это я? Разве проведение полного расследования — моя инициатива? Да, я нажал на правильных людей, сделал все по уму, применив все имеющееся влияние и отличных юристов, но без Жен ничего этого не было бы. Это она меня вынудила. Никто даже не задумался о том, что трагедия может повториться! Я всего лишь пошел у нее на поводу.

Она лучше меня, всегда была лучше. И пока в газетах будут писать о том, какой молодец Кирилл Харитонов, заваливая меня вопросами, та, кто действительно ответственен за спасение людей, везет в Германию уже других, тех, кто тоже нуждается в помощи.

хОна не сбежала, она просто не смогла по другому. Не смогла быть со мной.ъ

Просто на этом свете есть хорошие люди, которых нужно заслуживать раз за разом.

Сантино

Без нее чертовы дни тянулись вечность. Я досконально рассмотрел на часах кабинета каждую цифру. Брался за телефон много раз, но откладывал в сторону снова и снова, не зная, что ей сказать. Извиняться за уход или ругаться за отказ от борьбы? Какое у нее право въедаться мне под кожу, а потом отказываться от этой жизни? Со мной. Интересно, она собиралась сказать или планировала и дальше играть в молчанку, чтобы однажды меня на сей счет просветил кролик? Снова.

Я просто взбесился, когда узнал о том, как славно меня водили за нос. В отместку приказал не пускать ушастого на порог. День он проходил под окнами, щебенкой в окно кидался. Пришлось пообещать ему, что если разобьет стекло, то я его башкой дыру заткну. После этого он махнул рукой и пропал. Вот уже четвертые сутки не пойми где околачивается. Не звонит. Бл*ть, эта парочка мне будто кишки выпустила. То один в мозгах засядет, то другой. Я будто болен их семейкой. И сил нет из головы их выкинуть… Ну ладно инопланетянка, но этот-то. Я будто приобрел семью… Что ж, Полинка бы порадовалась, она все повторяла, что с людьми общаться не умею, и вот — дожил. По ушастику скучаю. Да мать вашу, уж лучше Жен. К ней хоть прижиматься приятно.

Хватаюсь за телефон и набираю ее номер. Проходит звонков семь, прежде чем трубку снимают.

— Алло, — слышу хриплый женский голос.

Это не Жен. Даже отнимаю мобильный от уха, чтобы проверить номер. Но это ее. Каждой цифрой и буквой. Так какого…

— Сантино, не молчи, — тем временем устает дожидаться меня трубка.

— Карина? — спрашиваю, даже не пытаясь скрыть потрясение.

Какого черта к телефону подошла именно она? Это значит, что Жен не может? Где она? Пусть мне скажут, что в душе, спит или проклинает настолько, что не пожелала разговаривать сама…