Я двигаюсь быстрее, чем должно принимать мое самоуважение, послушно сажусь на диван и засовываю ноги под зад.

"Принести вам что-нибудь?" - спрашивает Эстер, выходя из гостиной. "Ужин?"

Дэнни делает паузу, ясно размышляя, пока мои глаза бегают между матерью и сыном. «Мы поедим», - коротко говорит он. «Ты присоединяйся к нам».

"Что?" Эстер говорит то, о чем я думаю, хотя я предпочитаю не придавать этому большого значения.

«Ты присоединишься к нам», - стойко повторяет он. «Иди расслабься. Я позабочусь об этом."

Я смотрю на его профиль, пока он изучает неуверенное тело своей матери, молча гадая, что же изменилось. Мой любопытный взгляд сосредоточен; он должен чувствовать это, но я ничего не получаю, никакого признания, поэтому я обращаю взгляд на Эстер. Она выглядит озадаченной. «Кто будет готовить?» она спрашивает.

Дэнни пожимает плечами, как будто ничего не происходит. "Я."

Я отказываюсь. Эстер упирается. "Ты сможешь?" она спрашивает.

«Ни один мужчина не станет мужчиной, если он не позаботится о женщинах в своей жизни». Он говорит это без всяких эмоций в голосе. Но ему это не нужно.

Эстер плачет, и Дэнни входит и обнимает ее. Я сглатываю, чтобы уменьшить ком в горле, когда Эстер растворяется в нем, ее тело дергается от ее тихих рыданий.

«Мне очень жаль», - шепчет он ей в волосы. "За все."

"Мне тоже." Она яростно вытирает слезы, когда он отпускает ее, улыбаясь сквозь ее печаль. Потом она тихо уходит, и я превращаюсь в Дэнни, когда он устраивается на диване. Я вижу, как мир отражается во мне. "Что изменилось?"

«Все», - бормочет он, обнимая меня за плечо и притягивая к себе.

Глава 27

ДЭННИ

* * *

Прощение. Это лекарство, которое мне только что пришло в голову. То, которое я ни разу не попытался развить. Не раньше.

Музыка играет на заднем плане, когда я сижу за столом, бездумно пережевывая приготовленное мною блюдо из макарон, Эстер и Роза болтают, как будто я никогда не видел их болтающих. Я пытаюсь осознать резкое изменение направления моей жизни. Я пытаюсь. У меня есть приоритеты, о которых я никогда не думал. У меня есть женщина, которую я обожаю. И мать.

У меня даже есть гребаная совесть.

И . . . сердце.

Моя жизнь больше не связана с властью. Я не чувствую себя сильным. Но чувствую себя живым. Я слаб из-за Розы, но чувствую себя таким живым. Типично, когда в этот момент в моей жизни мне нужно быть сильнейшим.

"Ты закончил?"

Я поднимаю глаза от своей вилки с макаронами и вижу, что Эстер стоит с пустой тарелкой в руке, а Роза смотрит на меня, делая глоток вина. Я закончил? Я смотрю на свою миску. Мой обед почти не тронул. Но у меня нет аппетита. Не для еды. Просто ради свободы. Я кладу вилку и протягиваю ей свою миску. "Спасибо."

«Ты почти не ел», - говорит Роуз, ставя стакан и зажимая ножку. «Тебе нужно еще немного».

Я заинтересованно приподнял бровь, взяв свое вино и усаживаясь обратно в кресло. «Я просил тебя выйти за меня замуж. Это не бесплатный билет, чтобы придираться ко мне».

Ее хмурый вид восхитителен. Так же как и легкий смешок Эстер, несущей грязную посуду в посудомоечную машину. Розв закрывает губы, хотя их поворот свидетельствует о том, что ей сложно сдержать возражение.

«Я не знала, что ты умеешь готовить», - говорит Эстер через комнату.

«Я тоже», - добавляет Роза.

«Или я», - признаю я. «Жизнь полна сюрпризов». Я смотрю на Розу обвиняющим взглядом. Еще один очаровательный хмурый взгляд. Что-то шевелится во мне, и не нужно торопить ее в спальню. Выдвигая стул, я молча похлопываю себя по коленям. Ее хмурый взгляд остается твердо на месте, когда она медленно встает со своего места и неторопливо идет ко мне. Как только она опускается к моим бедрам, я целую этот хмурый взгляд. «Освободись с грязными взглядами», - приказываю я, обнимая ее за талию, а она скрещивает руки над моей головой.