— Куда мне это одной? В футбол что ли здесь играть! — воскликнула ошарашенная я.

— Юля, — произнесла Лора. — Ты не будешь здесь жить одна. Вот Мила, познакомься с ней. Это твоя помощница по дому. Она будет жить в одной из комнат. — Только тут я обратила внимание на молодую женщину лет тридцати с каштановой копной волос и шоколадными глазами, скромно стоящую в сторонке, и кивнула ей. Она ответила мне тем же. — А ближе к родам к вам подселится няня для Машеньки. А вон ту большую светлую комнату переоборудуем под детскую.

Лора вела себя так дружелюбно, приветливо и заботливо, что меня это даже немного смущало. Ну, это так с непривычки. Может, ради папы и Машеньки мы всё — таки сумеем с ней подружиться.

— Хорошо, Лора. Я полностью доверяю твоему вкусу. Так что можешь устраивать детскую как хочешь, — улыбнулась я.

— Ну, что ты, Юля! Мы сделаем это вместе, — вдохновлённо отозвалась Лора.

Я стояла посреди этих хором, в окружение своих родственников и близких друзей. Все принимали горячее участие в моей судьбе, в судьбе еще неродившейся, но такой дорогой мне и отчаянно пинавшейся в моём животе дочки Машеньки. Все. Кроме одного единственного человека. Макса.

Хотела ли я, чтобы сейчас в важные моменты моей жизни он был рядом со мной? Хотела ли я, чтобы он разделял все хлопоты, связанные с ожиданием и рождением ребёнка? Хотела ли я, чтобы он так же безумно любил нашу дочь, как люблю её я? Хотела. Очень хотела. Отчаянно хотела, чтобы сейчас Макс был рядом со мной и дочерью. Обнимал меня за плечи, смеялся и радовался вместе с нами.

Но его не было. Он больше не верил мне. И больше не любил.

Макс

Довольный и счастливый я приехал к отцу. Я не рассказывал семье про наши отношения с Юлей. Не знаю почему. Очень дорожил своими отношениями с Юлей. И словно боялся их сглазить. Неожиданно отец вдруг сам вспомнил о ней.

— Максим, я всё хотел поговорить с тобой о той девушке Юле, — озадаченно проговорил он.

— А с чего это вдруг ты о ней вспомнил? — удивился я.

— Ты говорил, что она резко уволилась? — продолжал он, не обращая внимания на мои реплики.

— Да, — коротко ответил я. — Я не понимаю, к чему ты клонишь? — хмуро отрезал я. Но он, похоже, не собирался останавливаться.

— Ты виделся с ней после её увольнения? — настырно продолжал донимать меня отец. Точнее, лез в мою личную жизнь.

Во мне взыграло упрямство. Я не отвечал. Я устал от тайн отца. И тоже не хотел признаваться (пока), что у нас Юлей отношения. И всё более, чем прекрасно. Но отец был на своей, только ему одному ведомой, волне. И не сдавался.

— Как я понимаю, она не призналась тебе, — вдруг произнёс он.

— В чём призналась? — не понял я.

— В том, что перед устройством на работу в компанию мы с ней заключили контракт, — торжествующе объявил отец.

— Какой контракт? Ты о чём? — нервно вопросил я.

— Понимаешь ли, сын, я долго и упорно пытался отлучить тебя от программирования твоих Игр. Это занятие отвлекало тебя от твоих основных обязанностей. И очень вредило семейному бизнесу.

— Слушай, отец, чего ты юлишь? Говори, что хотел! — я уже начинал злиться. И начал подниматься с кресла, чтобы уйти.

— Сядь! — прикрикнул отец. — И слушай. Когда я уже совсем отчаялся в отношении тебя и использовал все доступные мне методы твоего «перевоспитания» и подвернулась эта девочка. Ты прости меня, что я так говорю о ней. Но я говорю, как есть. Я хочу быть честен с тобой. Когда Евгений мне намекнул, что ты проявил к ней интерес, а она выдвинула своё условие — потребовала встречу со мной, вот тогда у меня и возник этот план. В задачу девушки входило, сделать всё, чтобы ты влюбился в неё. Я хотел отвлечь тебя от Игр любой ценой. Конечно, я понимал, что поступал не совсем честно с тобой. Но пойми и ты меня. Я был в отчаянье. Ты ставил под угрозу дело всей моей жизни. Благополучие всей нашей семьи. Но я понимаю, что жестоко поступил с тобой. И прошу у тебя за это прощение.

В шоке я слушал весь этот бред. В какой-то момент его повествования даже засомневался, всё ли в порядке у отца с головой? Хотя, возможно, любовь к играм у меня наследственная? И он сам заигрался? Не знаю даже почему, но я машинально спросил:

— А что взамен своих услуг получила она?

— Взамен она получила крупную сумму денег, — невозмутимо ответил он.

— В смысле, получила? — не поверил я. — Когда получила? — впервые меня заинтересовал наш, казалось бы, не очень адекватный разговор.

— Два месяца назад я открыл счёт на её имя. И перевёл на него деньги. Знаю о том, что банк её уведомил об этом. И она приходила туда и уточняла, что к чему.

— Ты уверен? — хмуро спросил я.

— Конечно. У меня там есть свой человек, — спокойно ответил отец.

— Понятно, — хмуро пробубнил я.

Макс

После того, как Юля сама подтвердила факт наличия этого самого злополучного контракта, разговаривать больше было не о чем.