— А чем ты занимаешься обычно в свободное время? — ворвался в размышления вопрос.

Неожиданно. Рита открыла рот для ответа, но так и зависла.

— А-а-а… — рот на секунду закрылся. А чем она занимается? — Не знаю… Ничем. Сплю, читаю… — она невыразительно повела плечом. — У меня мало свободного времени вообще-то.

— А выходные? — скептически проговорила мама. — Что ты ешь? Не могу поверить, что у тебя пустой холодильник! Ты не готовишь? Почему?

Так вот, значит, к чему это было. Уже началось? Так скоро? Рита отвернулась к телевизору, подперла голову ладонью.

— Мама… — пальцы нашли висок и начали незаметно массировать по кругу. — Я заказываю еду, здесь рядом хороший ресторан.

— Зачем заказывать, если можно купить продукты? Я читала про твой район, здесь есть рынок…

Рита подавила вздох. Рано нервничать. Это только первый день родительского визита, может ей удастся не психовать хотя бы дня четыре?

— Мне некогда, — припечатала она. — Я работаю. Много.

Герой Ранвира Сингха на экране за это время внезапно влюбился в другую женщину и задвинул жену на задний план. Мужчины…

— Так много, что некогда купить продукты? И приготовить себе дал, или карри, или… — Дивья же не могла успокоиться после короткого тяжелого ответа. — И квартиру обставить некогда?

Рита закатила глаза.

— Она обставлена.

— Да-а, но…

На что она рассчитывала? Эта женщина живёт с невозможным человеком больше тридцати лет. Она умеет пропускать мимо ушей все точки в разговорах.

— Мама, — Рита отвернулась от экрана и в упор заглянула в карие глаза. — Мне нравится моя квартира. Я сама выбирала мебель и отделку. Жаль, что ты не оценила, но другого здесь не будет.

И это на самом деле так. Но сколько бы времени ни прошло, родители не примут это до конца.

Мама замолчала. Тирада подействовала. Она отвернулась к телевизору, поджала губы и уставилась в экран. Молчание повисло в комнате, оплело тонкой паутиной.

Почему так сложно принять действительность, которой уже столько лет? Несмотря на то, что иногда появляется тоска по дому, Лондон для Риты тоже стал домом. И если где-то в душе и живёт Амрития, с индийским английским, жестикуляцией, любовью к пёстрым вещам, то есть еще и вторая её половина, которую лет с десяти тянуло в британский холод. Она была готова поступить в любой университет, даже в еще более холодной Шотландии, если бы не осталось вариантов. Ей нравились английские книги, английские фильмы и даже просто флаг. И все об этом знали. Но никто не сознавал, насколько увлечение серьезное.

До сих пор не сознают.

Рита запустила пальцы в волосы, помассировала голову. Первый день. Только первый день. Надо пережить притирку и дальше они заживут дружно. Заживут же? И молчание нужно нарушить, пока оно не потяжелело на несколько фунтов.

— В самолете правда было всё нормально? — заговорила она.

Боковое зрение уловило, как мать пожала плечами.

— Твой отец сказал бы Мэттью, если бы ему было плохо после перелета, — голос прозвучал важно и надменно.

— Вряд ли, — скептически выронила Рита.

— Он упрямый, но не дурак. Он не в том положении, чтобы пренебрегать помощью, хоть и делает такое лицо…

Рита покосилась на мать. Та сдвинула брови, выпятила челюсть и сузила глаза. Отец делает так же, только не настолько смешно. Рита негромко фыркнула.

— У тебя хорошо получается.

— У тебя получается лучше, — отбила Дивья.

Но уголки её губ всё-таки дрогнули. Она снова замолчала, но в этот раз без напряжения. Один острый момент вроде бы миновал, но мама, конечно, сделала для себя какие-то выводы. Хорошие или не очень — это уже тайна.

Фильм продолжался. Музыка, душещипательные диалоги влюблённых, слёзы брошенной жены… всё это увлекло Дивью. Кажется. Она пританцовывала на диване, охала, ахала, возмущалась. Будто смотрит в первый раз, а не в десятый или даже сотый. Рита на экран почти не смотрела. Её начало клонить в сон. Тяжелая ночь с переездом не прошла бесследно. Голова начала опадать на подлокотник, глаза — закрываться. Спать нельзя, всё равно скоро приедет доставка и полетит новая порция упрёков в адрес обеда. Рита сильно стянула волосы на затылке, заставляя себя проснуться.

— А ты давно знаешь Мэттью? — раздался вопрос.

Внутри всё похолодело.

— Мне показалось, вы хорошо знакомы… — продолжила мама, отрываясь от просмотра фильма и как бы без интереса заглядывая в её лицо.

Без интереса, как же… Следовало ожидать этого вопроса. Следовало. Какого чёрта она расслабилась? Рита незаметно сглотнула. Она слишком свободно общается с человеком, с которым по идее должна быть знакома не больше суток.

Пауза начала затягиваться.

— Мы… приятели, — выронила она.