Не дожидаясь тоста, накатываю ещё, закусывая сладкой выпечкой с кремовой начинкой. Пальцы едва успевают за мыслью, набивая ответ:

«Не волнуйся:) За мной присмотрят! Приду поздно, ложись без меня. София. PS. Попрошу утром босса забрать меня домой, чтобы ты смог в полной мере насладиться выходными.»

Временно заношу номер Алекса в чёрный список. Все! Теперь можно спокойно отдохнуть.

— Так, на чем мы остановились? — прячу телефон обратно в карман, виновато ухмыляясь.

— Красотки, а давайте выпьем за любовь?

— За эту суку пить не буду, — девушка с грустью обводит пальчиком ободок стакана, отворачивая лицо к окну.

Это ж каким нужно быть козлом, чтобы довести до отчаяния такой редкий экземпляр женской красоты?

— Эммм… тогда, может за удачный спуск с горы? — решаю разрядить обстановку. — Где тут у вас лыжи можно достать? Не подскажете?

— А, черт! — Аманда переключается, словно по щелчку пальцев. — Давай, Берти, наливай, я тоже хочу повеселиться. Покажем Софии местные достопримечательности с ярмаркой неподалёку, прямо на вершине у спуска, попробуешь качество здешнего сыра, вина, хлеба и вяленной ветчины…

Алекс.

«Не волнуйся:) За мной присмотрят! Приду поздно, ложись без меня. София. PS. Попрошу утром босса забрать меня домой, чтобы ты смог в полной мере насладиться выходными.»

Никогда в жизни я так не тупил, читая смс. Кажется, моё тело превратилось в напряжённую статую Зевса. От слова "Босс" — так вообще дёргается правый глаз. Если бы только мог, то с лёгкостью выжег бы в потолке гневом огромную дыру! Ещё секунда, и мой девайс эффектно приложится о стену.

— Черт бы тебя побрал, маленькую паршивку!

Шумно втягивая воздух, понимаю, что дело — дрянь! Она не сдаётся. Где я допустил промах?

Нервный смех царапает горло. С трудом беру себя в руки, набирая номер Гаура.

— Блять! Я хочу её прибить!

Короткая пауза. Артём обрабатывает информацию, пока мой запал бешено пульсирует в крови.

— А потом залюбить?

— Черррт! — рычу сквозь зубы. — Есть вакцина от этих противоречивых ощущений?

— Ооо, какое знакомое чувство. Тебя ведёт от неё?

— Меня кроет злостью! Я, кажется, схожу с ума.

— Поздравляю, Лекс, ты не сумасшедший, просто ты на верном пути.

— К чему? К вратам ада?

— Ты её не трахнул? — удивление Гаура зашкаливает.

— Я нет! Зато она с удовольствием поимела меня!

— А чего ты кипятишься? Рукоделие всегда в цене и от этого выиграл только ты.

— Ну, знаешь, если её руки каждую ночь будут заниматься гончарным искусством, то она слепит из моего члена жирафа!

Артём взрывается громким смехом.

— Слушай… хахааа… Лекс… прости, в общем, ты с ней выбрал неверную тактику. Она хочет романтики. Дай ей это.

— У неё этой хлопковой «романтики» с усиками и лапками полный чемодан! — нахожу сигареты. Закуриваю.

— А определённость там тоже имеется?

Затягиваюсь, позволяя никотину послабить нервные узлы. Горький дым заполняет легкие, запрокидываю голову и прикрываю глаза.

— Чья? Её? — медленно выпускаю носом сизое облако, пытаясь хоть немного расслабиться.

— Твоя… — проникновенный голос вынуждает напрячься заново.

— А нужна?

— В этом я тебе не советчик, старик. Сам решай.

— Вот лучше бы я этого не слышал, Гаур.

Полсигареты превращается в пепел за одну затяжку.

— Но ты услышал. Что решил?

— Поседею раньше, чем определюсь, причём, импотенция меня настигнет в кратчайшие сроки.

— Да ты уже определился, дружище, — хмыкает Артём, — у меня в кабинете, помнишь, когда потребовал у Марко ключи от двухместного бунгало с одной кроватью, да ещё перед Рождеством! Улавливаешь суть? Или тебе напомнить, что это больше семейный праздник, и мы проводим его с близкими людьми, а не трахаем обычных дорогостоящих шлюх.

— Любовниц, — зачем-то поправляю.

— Да один хрен, Лекс! Смысл тот же.

— Блин! Да она — ребёнок! Малышка без царя в голове, мать вашу! Зачем я только повёлся на ваши с Еленой приторные «ми-ми-ми»? — кривляюсь, словно дитя.

— Аманда? — спокойно интересуется, выдерживая паузу.

— А что Аманда? — устало вздыхаю, прислоняясь бёдрами к спинке дивана. Задумчиво пялюсь в окно. Увы, София внесла свои коррективы в мою личную жизнь.

— Лекс? — Гаур напоминает о себе, вытаскивая в реальность.