Шрифт:
И провожали меня отец и старшая дочь Остроумовы. Вот и сейчас, стоило только вспомнить об этом, и на лицо сама собой наползла предательская улыбка. Да… Перехватила тогда Лиза меня у парадной Игорева дома. Это же сколько времени она здесь прождала? И я в очередной раз окунулся в воспоминания…
— Здравствуйте, Елизавета Сергеевна, — делаю один шаг навстречу, второй. Останавливаюсь, глаза в глаза, лицо в лицо. Сам волнуюсь и чётко вижу, как волнуется девушка.
— Мне с вами очень нужно поговорить! — требовательно произносит Лиза.
А я любуюсь румянцем на её щеках, чётким овалом лица, серыми глазами, пушистыми ресницами, тонкими бровями, стройной шеей… Глаза сами собой норовят опуститься ниже. Ловлю себя на этом и каким-то чудом успеваю вовремя остановиться. Спохватываюсь, потому что пауза слишком затянулась. И ведь по моей вине затянулась. Нашёл время любоваться.
— Конечно. Давайте поговорим. Где?
— Ну, наконец-то, — чуть ли не прошипела девушка. — Да не стойте вы столбом, люди же смотрят. Пригласите меня прогуляться.
— Конечно, — повторяю прицепившееся слово. — Прогуляемся?
— Господи, и кто вас только этикету учил? Да пойдёмте же! — Лиза демонстративно закатывает глаза, решительно подхватывает меня под руку и разворачивает лицом вдоль улицы. Легонько тянет вперёд и мне приходиться делать шаг. И сразу же отпускает мою руку.
— Никто меня не учил, — бурчу тихонько в своё оправдание.
— Как никто? — умудряется услышать девушка. — Разве такое бывает?
— Поверьте, со мной и не такое бывает, — постепенно прихожу в себя.
— Да, вот в чём-чём, а в этом я совершенно с вами согласна. Газеты только о ваших приключениях и пишут. Писали, — поправляет себя Лиза.
— Так о чём вы хотели со мной поговорить? — возвращаю разговор в прежнее русло.
— А вы правда не понимаете? Или на самом деле такой толстокожий?
— Лиза, — добавляю строгости в голос и девушка поворачивает ко мне голову.
— Что? — требовательно смотрит мне в глаза. — Вы почему от нас сбежали? И не спорьте, именно что сбежали! Ну? Что молчите? Отвечайте же.
Бросаю искоса короткий быстрый взгляд на девичий профиль, повинуясь чуть заметному движению Лизиной руки сворачиваю с улицы в сторону, на липовую аллею сквера. Похрустывает под ногами гранитная крошка, шелестят пока ещё зелёной листвой деревья, а я напряжённо раздумываю над ответом. Пауза затягивается, молчание становится просто невозможным, и я принимаю решение сказать правду. Терять мне нечего.
— К вам я пришёл потому, что именно вы меня пригласили, Елизавета Сергеевна. Только по этой причине и никакой другой. Ну а ушёл… Ушёл, потому что увидел ваше безразличие.
— Вы же говорили что-то про срочный вылет? — словно и не слышит моего признания Лиза.
— Прошу прощения, но это была лишь отговорка, — я замыкаюсь в себе. — И, как оказалось, дурацкая отговорка.
— Почему? — продолжает смотреть куда-то в сторону девушка.
— Потому что мне пришлось действительно подняться в ночное небо, чтобы в своих собственных глазах не выглядеть лжецом. А теперь я вынужден уехать…
— Почему?
— Да потому, что мой ночной полёт заставил кого-то в столице сильно поволноваться!
— Так это из-за вас той ночью отключили электричество? — наконец-то поворачивает в мою сторону голову девушка.
— Да, из-за меня. Точнее, не из-за меня, а из-за… — и я замолкаю. Потому что нечего оправдываться! Всё равно, как ни крути, а значительная доля моей вины во всём произошедшем присутствует.
— Так почему же вы всё-таки ушли?
— Потому что… — и я останавливаюсь, разворачиваюсь лицом к девушке. — Потому что… Я ведь уже говорил!
— Скажите ещё раз! — теперь и Лиза разворачивается ко мне.
— Елизавета Сергеевна, не считаю нужным тратить своё время на человека, которому я безразличен!
— Почему вы решили, что безразличен? — в голосе девушки слышится явное недоумение.
— Вы были так увлечены своей компанией, что даже не поздоровались, ни разу не посмотрели в мою сторону!
— Не поздоровалась. Да, вы правы, здесь я виновата, не встретила гостя. Но и вы могли бы подойти ко мне!
— Нет.
— Но почему?
— Повторяю, я не желаю тратить время на человека, которому безразличен.