— Миссис Пул. — Голос у миссис Вертью был грудной, бархатный. Она подняла вуаль, открыв лицо. Красивые аристократические черты сочетались с холодными проницательными голубыми глазами. Она наклонила голову в сторону Лео. — Монкрест.

— Мадам. — У Лео возникло чувство, что он явился к ней как потенциальный клиент. Он слегка улыбнулся. Мадам показала жестом на скамью напротив:

— Не желаете присесть?

— Благодарю. — Беатрис села, поправив затянутой в перчатку рукой юбки. — У меня есть к вам несколько вопросов.

— Попытаюсь на них ответить.

Лео предпочел не садиться. Он оперся плечом о колонну скрестил на груди руки и стал с интересом наблюдать за двумя очень модными, очень решительными женщинами, которые представляли совершенно разные сферы жизни.

Что касается хозяйки «Дома хлыста», то она выглядела явно озадаченной характером обращения Беатрис. Лео готов был биться об заклад на любую сумму, что ею двигало любопытство, а отнюдь не стремление помочь, когда она соглашалась на эту странную встречу.

По роду своей работы мадам Вертью наверняка имела дело со многими весьма респектабельными джентльменами. Но скорее всего она вряд ли когда-либо имела возможность беседовать с респектабельной женщиной.

Лео внезапно испытал чувство нереальности происходящего. Его вдруг осенило, что в его жизни, которая всего неделю назад была окрашена в меланхолические тона, неожиданно наступила полоса, наполненная всяческими непредсказуемыми поворотами и сюрпризами.

За последние несколько дней он столько раз пережил смену самых полярных чувств и настроений, сколько не переживал за целый год.

Уж не привиделось ли все это ему во сне? Может, он сейчас откроет глаза и обнаружит, что сидит перед камином в своей библиотеке?

— Мне сказали, что мой дядя, лорд Глассонби, умер на ваших глазах, — осторожно начала Беатрис. — Это правда?

— Да, это так. — Выражение вежливого сожаления отразилось в глазах мадам Вертью. — Мне прискорбно говорить вам о том, что он умер на моем новом ковре. Он был такой симпатичный. Я имею в виду ковер. Цвета морской волны, а узоры изображали дельфинов и морские раковины. А я недавно переделала весь декор.

— Понятно.

— К сожалению, на нем оказались пятна, — деликатно добавила мадам Вертью. — Вы знаете, такое часто случается в момент смерти.

— Да. — Беатрис сцепила руки. — Я знаю.

— Моя экономка не смогла их удалить. Я вынуждена была заменить ковер.

Лео не понравился кошачий блеск в глазах мадам Вертью.

— Надеюсь, вы не ждете, чтобы семья лорда Глассонби возместила вам стоимость вашего ковра, мадам.

Беатрис резко подняла голову и взглянула на Лео, — Прошу прощения?

— Разумеется, я не жду компенсации. — Мадам Вертью как-то странно хмыкнула. — Лорд Глассонби потратил много денег в моем заведении, более чем достаточно, чтобы возместить стоимость ковра. Что еще вы хотели бы узнать, миссис Пул?

Беатрис решительно распрямила плечи.

— Я буду откровенна, мадам. Было ли что-нибудь такое в смерти моего дяди, что позволило бы, вам считать, что умер он не от сердечного приступа?

— Ага, вы хотите знать, не убила ли я его слишком усердным применением хлыста? — Мадам тихонько засмеялась, увидев, как вспыхнули щеки у Беатрис. — Уверяю вас, что не было ничего подобного. У меня большой опыт. И я давным-давно установила строгое правило, чтобы мои клиенты оставались в конце концов в приличном состоянии. Я слежу за этим.

— Я о другом, — сдавленным голосом сказала Беатрис. — Вы могли бы описать подробнее, как именно умер мой дядя?

Мадам Вертью задумалась и стала постукивать пальцем по корешку книги.

— Это было малоприятное зрелище… Хотя смерть всегда неприятна.

— Вы опишите коротко, излагая лишь факты. Нет необходимости разыгрывать драму.

— Очень хорошо. Насколько я помню, мы только что закончили наш сеанс. Глассонби стал натягивать брюки и вдруг почувствовал себя плохо. Он начал задыхаться. И тут пострадал мой новый ковер.

— Пострадал ковер? — переспросила Беатрис. — Вы имеете в виду, что дядя упал на него?

— Она имеет в виду, что дядя был тяжело болен, — объяснил Лео. Он с удивлением заметил, что, несмотря на свою светскость, Беатрис часто не понимала вульгарных намеков и выражений, которые были в ходу у молодых повес.

— Ах вот оно что, — сообразила Беатрис. — Его вырвало.

— Мне сказали, что подобное случается во время сердечного приступа, — услужливо пояснила мадам Вертью.

Лео взглянул на Беатрис. Он понял, о чем она думала. Рвота могла быть также следствием отравления.