— Обещайте, что ребенку не причинят вреда, — опять ворохнулось тревожное чувство. Нет, не из-за беспокойства за будущего заложника, а за свою жизнь.

— С чего бы такое трепетное чувство жалости? — удивился британец. — Не переживайте. Его хорошо спрячут, будут заботиться… До определенного момента, если Назаров не поймет, что от него требуют, и продолжит глупить.

— Раскрыть все имена гиперборейцев?

— А для чего тогда такая сложная схема? Испугается за жизнь ребенка — всех сдаст. Поверьте, сеньор, от таких жизненных коллизий мало кто на ногах может удержаться. Даже великий чародей.

— Кого берем? Сына или дочь?

— Берите…, — Маккартур задумался, — дочку.

— Дочь? Не сына?

— А чем плоха девочка? Не раздумывайте, делайте так, как я сказал. Наши аналитики просчитали психотип Назарова. За свою дочь он будет рвать и метать. Гарантирую. Отцы дочерей любят до безумия.

— Хорошо, как скажете, — сдался Серджио. — Нужен канал, по которому ребенка переправят в Бухару.

— Хоть поездом, хоть самолетом, — пожал плечами британец. — Таможенный досмотр на границе России и Туркестана хоть и жесткий, но проблем не будет. Привлеките мага, который сумеет подправить ментальную память ребенка. Вот и получается, что папочка и дитя едут в Бухару по делам коммерции. Рекомендую самолетом. Проводите операцию, переправляете заложника сюда, и только потом начинаете переговоры с Назаровым. Раньше не вздумайте. Найдет за один миг. Обязательно задействуйте гроссмейстера, чтобы ауру ребенка погасить, ну и мозги чуть подправить. Есть у вас такой?

— Найдем, — кивнул агент. — Надо будет, самого Солеру озадачу.

— Солеру? — Джеймс задумался. — Хорошо бы. Ну, что ж, давайте еще по чашечке выпьем и разойдемся. Завтра же уезжайте обратно. А я начну подготавливать почву среди местных.

Вологда, сентябрь 2013 года

Никита, Даша, Тамара

Для Даши наступивший день свадьбы казался нереальным событием, происходящим как будто в странном сне, где не было ни одного родного лица. Она еще долго не могла понять, почему рядом нет родителей, братьев, сестры и многочисленных друзей с подругами, а рядом хлопочут совершенно чужие люди, помогая ей наряжаться.

С другой стороны, спокойная умиротворенность перед ответственным шагом в неизвестность, в которой, как верила девушка, нет никаких кошмаров, обволакивала и умиротворяла. Там ее ждет Никита, ее любовь… Да, признавалась себе Даша, не так она мечтала выйти замуж, но что жалеть о случившемся? Все равно на ней белое подвенечное платье с вшитыми в него золотыми нитями, создавшими активное защитное поле (Никита настоял в ателье, даже сам «навешивал» плетения на фурнитуру), а на голове красуется изящная полупрозрачная фата. И к храму Даша шла не принудительно, а счастливо улыбаясь, изредка поглядывая на серьезного Никиту.

Идущий справа волхв в черном костюме придерживал ее под руку, когда они медленно поднимались по старым ступенькам к храму, а слева от нее в качестве подружки шла Тамара в небесно-васильковом длинном платье. Дружкой Никиты был Антон Шубин, донельзя серьезный и важный в элегантном бежевом костюме; бутон свежей розы в кармашке дополнял праздничный ансамбль.

Без гостей, конечно, не обошлось. Довольно много вологодских дворян пришли поздравить молодых. Здесь же было семейство Городецких из соседнего имения. Старый князь — вечный антагонист Назаровых — кажется, был доволен происходящим. Для него любое событие, связанное с Никитой, оказывалось богатой пищей к размышлению. Вот и сейчас, степенно вышагивая со своей супругой впереди всей массы вологодского дворянства, Городецкий выстраивал линию поведения в дальнейших отношениях со своими соседями. Его пытливый ум уже давно заметил присутствие Великого князя Константина, что говорило о многом. Меньшиковы не отвернулись от молодой семьи, не стали морщиться от эпатажной выходки Никиты Назарова, беря в семью вторую жену.

Родители Тамары по ее решению были представлены как наиболее близкие родственники Дарьи Александровны, и поэтому имели право войти следом за молодоженами.

К удивлению и расстройству невесты император не приехал на церемонию, но Никита, улучив момент, шепнул Даше на ухо, что самый важный гость уже находится в «Гнезде» под усиленной охраной. В последний момент было решено не засвечивать государя перед вологодской публикой. Иначе в городе начнется сущее безумство. Вот так: вроде бы и скромная церемония, но с такой концентрацией важных фигур, что поневоле оторопь берет.

— По своей ли воле молодые ступают на порог дома Перунова? — старый жрец в черном плаще, подбитом волчьим мехом, встретил их возле входа в храм не со своим посохом, а с традиционным копьем Перуна. Стоявший рядом с ним молодой помощник замер, держа в руках жезл.

Никита про себя улыбнулся. Снова те же вопросы, на которые нужно отвечать со всей прямотой. А вот Даша слегка побледнела и с силой вцепилась в руку своего жениха.

— По общей воле, — ответил Никита, слегка варьируя ответы. Такое допускалось.

Сурово сдвинув брови, старый жрец выпытал у молодых нужные фразы и одновременно с ударом тяжелого копья по каменным плитам у входа пригласил их внутрь к алтарю. Никита и Даша разошлись в разные стороны от черного камня и протянули руки друг к другу.

Тамара ждала дальнейших событий с жадным интересом. Как сейчас отреагирует Перун? Какую задачку задаст жрецам? А то, что это произойдет, молодая женщина верила всем сердцем. Ведь однажды чудо случилось, и ее муж получил покровительство Громовержца. С тех пор произошло много неприятных с ним событий, но он жив и здоров, пусть и слегка разочаровал свою любимую женщину, введя в дом еще одну супругу.