Питт сидел в конференц-зале спасательного корабля НУПИ «Висалиа» и изучал стопку фотографий, сделанных водолазами. Джек Фолсом, мускулистый специалист по спасательным работам, жевал жвачку и ждал неизбежных вопросов.

Питт не стал его разочаровывать.

— Корпус все еще сохраняет, целостность?

Фолсом переместил резинку.

— Мы не заметили поперечных трещин. Конечно, мы не сумели увидеть весь корпус, ведь семь футов киля ушло в песок на дне, кроме того, он попал в трюм. Полагаю, что продольных трещин корпуса тоже не должно быть. Готов держать пари, что нам удастся поднять весь корабль целиком.

— Какой метод ты предлагаешь?

— Воздушные баллоны переменного объема Доллингера, — ответил мужчина. — Нужно парами опустить их на дно рядом с корпусом. Затем прикрепить и заполнить воздухом. Использовать тот же принцип, с помощью которого удалось поднять старую подводную лодку «F-4» после того, как она в 1915-ом затонула на обратном пути с Гавайев.

— Придется использовать насосы, чтобы избавиться от песка. Чем легче будет корабль, тем больше шансов сохранить корпус. Толстая железная броня не пострадала, но дубовая обшивка сгнила и потеряла прочность.

— Кроме того, мы можем снять пушки, — продолжал Фолсом. — До них несложно добраться.

Питт принялся изучать чертеж «Ченаго». У «Монитора» имелась лишь одна круглая орудийная башня, но у «Ченаго» их было две, на носу и корме. Каждая башня содержала две спаренных гладкоствольных пушки Дальгрена, весивших несколько тонн.

— Баллоны Доллингера, — задумчиво проговорил он. — Насколько они будут эффективны при подъеме затонувшего самолета?

Фолсом перестал жевать и уставился на Питта.

— Самолет большой?

— Сто семьдесят или восемьдесят тысяч фунтов, с грузом.

— На какой глубине лежит?

— Сто сорок футов.

Дирку показалось, что он слышит, как крутятся колесики в голове Фолсома. Наконец специалист по спасению судов снова начал жевать.

— Я бы порекомендовал мачтовый кран.

— Любопытно.

— Два устройства для подъема тяжестей на мощной платформе без труда справятся с таким весом, — сказал Фолсом. — К тому же самолет довольно хрупкое сооружение. Баллоны Доллингера трудно синхронизировать, и они могут разорвать самолет на части. — Он помолчал и вопросительно посмотрел на Питта. — Почему ты задаешь такие вопросы?

Тот задумчиво улыбнулся.

— А вдруг нам придется поднимать самолет?

Фолсом пожал плечами.

— Ну, это все фантазии. Давай лучше вернемся к «Ченаго»…

Питт пристально наблюдал за диаграммами, которые его собеседник чертил на доске. Программа для водолазов, баллоны с воздухом, корабли на поверхности, затонувшие броневые плиты… Операция по подъему судна принимала четкую форму в соответствии с комментариями Фолсома. Казалось, Питт слушал с интересом, но его мысли находились где-то в глубинах озера в Колорадо, расположенного в двух тысячах миль отсюда.

Фолсом объяснял, что должны сделать матросы, когда судно впервые за 125 лет окажется на поверхности воды. Тут появился член команды «Висалии» и сказал Дирку.

— Вас вызывают по каналу связи «берег-судно», сэр.

Мужчина кивнул, протянул руку за спину и снял трубку телефона, стоявшего на полке.

— Питт.

— Тебя труднее найти, чем снежного человека, послышался сквозь помехи голос.

— Кто это?

— И он еще говорит о гнусном обращении, — саркастически продолжал голос. — Я торчал за своим письменным столом до трех утра, чтобы оказать тебе услугу, а ты даже не помнишь моего имени.

— Извини, Пол, — рассмеялся Питт. — Но по радиотелефону твой голос звучит на две октавы выше.

Пол Баккнер, давнишний приятель Питта и агент Федерального бюро расследования, немного ослабил напор.

— Ну, так лучше?

— Намного. У тебя есть для меня что-нибудь новое?

— Все, о чем ты спрашивал, и еще кое-что.

— Я слушаю.

— Звание человека, который, по твоему мнению, санкционировал полет «Лиса-03», было другим.

— Но «генерал» — единственное подходящее звание.

— Совсем не обязательно. Звание — семибуквенное слово. Прочиталась только пятая буква — «р». Естественно, вы пришли к выводу, что приказ мог подписать только офицер ВВС. Тем более что «Лис-03» принадлежал ВВС и имел соответствующую команду.

— Ну а теперь скажи мне то, чего я не знаю.

— Ладно, умник, признаю, это и меня сбило с толку, в особенности когда пришлось изучить файлы персонала ВВС и там не нашлось ни одного подходящего имени, которое подошло бы к известным буквам. И тут мне пришло в голову, что «адмирал» также семибуквенное слово, а на пятом месте стоит «р».