Лусана стоял в своих высоких сапогах, его глаза широко раскрылись, тело застыло в полнейшей неподвижности. Генерал ошеломленно смотрел на тушу огромной рептилии, какую медленно несло мимо него течение.

Стоявший на берегу Мачита дрожал, но не столько из-за опасности, только что грозившей Лусане, а из-за сатанинского выражения, промелькнувшего на неандертальском лице Джуманы.

«Ублюдок видел, — подумал Мачита. — Он видел, как крокодил поплыл к генералу от противоположного берега, однако ничего не сказал».

Чесапикский залив, США

Октябрь 1988

До рассвета осталось еще два часа, когда Патрик Фокс расплатился с водителем такси и подошел к залитым светом воротам компании «Форбс, утилизация отработанного военно-морского оборудования». Охранник в форме оторвался от экрана портативного телевизора и зевнул, когда Фокс передал ему в окошко небольшую папку. Охранник проверил подписи и фотографию стоявшего перед ним человека и вернул панку.

— Добро пожаловать в Америку, капитан. Мои работодатели ждут вас.

— Корабль здесь? — нетерпеливо спросил мужчина.

— Да, пришвартован в восточном доке, — ответил охранник и показал через окошко ксерокопию карты. — И смотрите под ноги. С тех пор как мы стали экономить энергию, освещение во дворе выключают. Там теперь темнее, чем в аду.

Когда Фокс проходил под гигантской грузовой стрелой, со стороны залива подул ветер, он уловил знакомые ароматы порта и с удовольствием вдохнул смесь запахов дизельного топлива, смолы и соленой воды. Всякий раз, когда он их ощущал, у него улучшалось настроение.

Мужчина вышел к пирсу и огляделся в поисках людей. Ночная смена давно ушла домой, и только сидевшая на деревянных перилах чайка посмотрела на Фокса круглыми глазами.

Он прошел еще сотню ярдов и остановился возле огромной призрачной тени, высившейся у пирса. Поднялся по трапу на казавшуюся бесконечной палубу и безошибочно зашагал через стальной лабиринт к капитанскому мостику.

Позднее, когда солнце уже подбиралось к восточному краю бухты, стало видно, в каком отвратительном состоянии находится корабль. Но отслаивающаяся краска, акры ржавчины и следы сварочных горелок не привлекли внимания Фокса. Как отец изуродованной дочери, он видел только ее красоту.

— Да, ты отличный корабль! — закричал он, стоя на пустой палубе. — У тебя все получится.

Вашингтон, округ Колумбия

Ноябрь 1988

Начальство Стайгера в Пентагоне никак не отреагировало на его доклад и вызвало полковника в Вашингтон лишь через два месяца. Для него это было равносильно ожиданию кошмара. Стайгер чувствовал себя как свидетель обвинения, а не главный следователь.

Даже имея перед глазами вещественные доказательства, генерал Эрнест Бургдорф, глава безопасности военно-воздушных сил, и генерал Джон О’Киф, адъютант из объединенного комитета начальников штабов, выразили сомнения в важности затонувшего самолета и заявили, что его подъем не даст ничего, за исключением повода для шумихи в желтой прессе. Стайгер был совершенно ошеломлен.

— Но как же семьи погибшей команды? — запротестовал он. — Будет преступлением не поставить их в известность о том, что тела их близких обнаружены.

— Где ваш здравый смысл, полковник? Зачем им вновь погружаться в давно произошедшую трагедию? Родители членов экипажа, скорее всего, умерли. Жены вновь вышли замуж. Детей вырастили новые отцы. Пусть они продолжают мирно жить, не вспоминая о прошлом.

— Однако не следует забывать о грузе, — не сдавался полковник. — Существует вероятность, что на «Лисе-03» перевозили ядерные боеголовки.

— Мы уже это обсуждали, — резко ответил О’Киф. — Тщательная проверка всех баз данных подтвердила, что ни одна ядерная боеголовка не пропала. Все они, включая ту, что сброшена на Хиросиму, находятся на строгом учете.

— А известно ли вам, сэр, что ядерное вещество перевозилось и перевозится в контейнерах из нержавеющей стали?

— Вам не приходило в голову, полковник, что боеголовки, которые вы нашли, могли быть пустыми? — спросил Бургдорф.

Стайгер опустил плечи, признавая поражение. С тем же успехом он мог спорить с ветром. Они обращались с ним как с ребенком, у которого разыгралось воображение, — мол, он видел слона на кукурузном поле в Миннесоте.

— А если это действительно самолет, исчезнувший над Тихим океаном, — добавил Бургдорф, — то лучше всего о нем забыть.