— Зверь? — спросил Ордэн и посмотрел на Сирену. — Алви?

— Да, он вернулся, и мы пытаемся ему помочь. Я оставила его с Дином на Переходе. Потому нам нужно вернуться этой ночью.

Берди постучала по свертку.

— Вы не вернетесь этой ночью. Я знала, что вы попадете в бурю. Думаю, это подойдет. Гвинора оставила. Переоденься, и я высушу одежду для тебя.

— Я бы ее слушался, — сказал Ордэн. — А потом поговорим про Алви. Похоже, мы тут застряли.

Сирена вздохнула, взяла сверток и пробормотала:

— Спасибо.

Она быстро переоделась. Одежда почти подошла. Гвинора была выше, и юбки свисали. Но она могла подвязать их, и пока этого хватало. Ее одежда завтра будет сухой.

— Итак, Алви, — Сирена вернулась в гостиную, — под влиянием Малисы, но понял, как стать собой. Но если он вернется в облик индреса, она сможет им завладеть. Мы с Дином пытаемся придумать, как помешать ему обращаться или приглушить ее влияние. Пока ничего не сработало.

— Мы не можем вернуть его в лагерь, если Малиса все еще может добраться до него, — сказал Ордэн.

— Знаю. Это слишком опасно. Но я просто не знаю, как его исправить.

Берди подвинулась к ним со знакомой кожаной сумочкой.

— Сюда, сюда. Кости расскажут, что нужно знать.

Сирена недоверчиво взглянула на Ордэна.

Он просто пожал плечами.

— Так мы нашли путь в океане.

— Пожалуй, да, — она вспомнила, что Гвинора говорила, что ее бабушка уже пересекала океан. Это не было гаданием. Но попробовать стоило. Другое не сработало.

Сирена села.

— Скажи, что ты хочешь знать, — сказала Берди.

— Я хочу знать, можно ли отделить Алви от зверя в нем.

Берди склонила голову.

— Этого ты хочешь?

— Да. Я хочу помешать Малисе овладевать им. Иначе он — обуза.

— Две разные вещи, — сказала Берди. — Но ладно.

Она тряхнула сумочку и высыпала кости на плоскую миску. Сирена ничего не понимала в том, что видела. Она не знала, как кости должны были ей что — то рассказать. Матильда и Вера говорила, что мистики были обманщиками. Но если Берди верила в это, то разве Сирена могла с ней спорить? Вера была половиной дела.

Ладонь Берди замерла над косточками. Она сосредоточилась. Ладонь задрожала. Потом рука. Потом все тело.

Один миг, и Берди согнулась над столом. А потом ее спина выгнулась под жутким углом. Она широко раскинула руки. Она подняла голову, рот двигался, словно она с кем — то говорила.

Ордэн отодвинул стул.

— Что с ней такое?

Сирена тоже вскочила.

— Не знаю. Как нам это остановить?

— Ты видишь, но не видишь, — выдохнула Берди.

— Что? — спросила в смятении Сирена.

— Ты видишь, но не видишь. Я… слепа, но вижу. Ты видишь, но слепа.

Кровь потекла из ее носа. Сирена пронзила Ордэна взглядом.

— О чем она? Как нам ее остановить?

— Берди! — рявкнул Ордэн. — Хватит! Нам не нужно знать.

— Нужно, — выдавила Берди. Кровь текла из ее носа рекой. — Она сильная.

— Создательница! Малиса! — охнула Сирена.

Сирена зажгла свою магию и попыталась убрать атаку Малисы на мистика. Такая маленькая. Такое Сирена не ожидала, но тут снова было ее влияние.

— Она так сильна. Она не хочет, чтобы я говорила тебе.

Кровь текла теперь из ее ушей. Сирена пыталась проникнуть в Берди. Она знала, что было глупо так нападать на Малису, но другого способа не было. Она сжигала Берди изнутри. Сирена нырнула в сознание Берди и ощутила присутствие Малисы как след жирного пальца.

— Пусти ее! — рявкнула Сирена тьме, душившей ее.

— Домина, — выдавила Берди. — Ты… сделала, что нужно. Ты делала это… делала раньше.

Сирена сосредоточилась на борьбе с Малисой. Это было сражение воль. Ее пять стихий против энергии и тьмы. Сирена понемногу отталкивала Малису из тела Берди.

Кровь текла из глаз Берди. Малиса побеждала.

— Нет, нет, нет, — шептала Сирена.

Она должна была биться сильнее. Должна была победить. Малиса не могла тут победить. Не над этой невинной женщиной. Она почти слышала хохот Малисы.

— Используй, что есть. Свое прошлое. Направляй… свое будущее.

— Прошу, нет, — Сирена сжигала запасы, чтобы отогнать Малису.

Берди вдруг рухнула на стол. Ее тело застыло. Кровь покрывала ее лицо, руки и грудь. Она пропитывала кости и стол.