— Это все для простаков, — отмахнулся он. — Фей и духи — выдумки, чтобы дети слушались.

— А с ними и взрослые, похоже.

— Их суеверия удовлетворяют их желание жить интересно.

Сирена хотела сказать ему, как он ошибался. Магия была реальна, и ее лучшая подруга была лифом, потомком фейри. Но было забавно слушать, как он несет чепуху.

Их танец кончился, и Киллиан взял им по бокалу пунша и повел ее к кострам.

— Теперь, если хотите выполнять наши традиции, нам нужно обогнуть три костра по кругу, чтобы еще год к нам не лезли фейри.

— Я была бы рада, — сказала она, скрывая улыбку.

Киллиан озирался, пока они шагали.

— Куда делся ваш страж?

Сирена приподняла бровь.

— Он выполняет работу, Ваше величество. Я не слежу за каждым его шагом, а он — за моим.

Киллиан рассмеялся.

— Конечно. Давно он вам служит?

Сирена нахмурилась. Вопрос вел к другим вопросам. Он откуда — то знал Дина? Встречал его как принца?

— Год, — сказала она.

— И вы вместе?

Сирена чуть не споткнулась у костра.

— Что, простите?

Киллиан только рассмеялся.

— Приму это за «да». Мы тут не против такого. Все знают, что королевичи редко женятся по любви. Любовник не запрещен.

Сирена быстро оправилась.

— У нас ничего нет.

— Как скажете.

— А что у вас? Планируете свадьбу? — спросила Сирена, раз он поднял тему.

— Есть парочка увлечений, — он подмигнул. — Вам не о чем беспокоиться.

Она и не беспокоилась.

— А брачные договора?

Киллиан хитро улыбнулся ей.

— Мы можем обсудить это позже, — они обогнули последний костер. Киллиан еще раз поцеловал ее ладонь. — Теперь вы спасены от магических фей. Прошу, скажите, что придете на ужин наедине со мной, пока вы тут. Я бы хотел продолжить разговор вдали от чужих ушей и глаз.

Сирена кивнула и сделала вид, что очарована им.

— С радостью.

— Отлично. Я пришлю слугу за вами, когда буду свободен.

Она присела в реверансе.

— Благодарю за танец.

Киллиан склонил голову и вернулся на место во главе двора. Все смотрели, как она шла к угощениям и брала второй бокал пунша. За последнюю неделю стало значительно теплее, близилось лето, и ее платье не помогало прогнать жар от танцев и костров.

Никто не подошел к ней после того, как король ее выделил. Она знала это чувство. Она смогла полюбоваться зрелищем праздника. Хоть они смеялись над магией и фейри, за которых она боролась, она скоро покажет им правду.

— Здравствуй, Домина, — сказал Базилл Селби, появляясь рядом с ней.

— Как ты постоянно оказываешься там, где я? — спросила она.

— Я всегда пытаюсь скрыться, а ты вытаскиваешь меня на поверхность.

— От чего ты прячешься? — спросила Сирена.

— Если не заметила, грядет война. Ты посреди нее, милая. И я хотел бы быть подальше от войны.

Сирена закатила глаза.

— Трус.

— То, что мне нравится моя голова на плечах, не делает меня трусом.

— Скажи, Базилл, почему ты дал моей сестре ту книгу на рынке Лэлиш? Откуда знаешь о Детях Рассвета? Откуда знал, что нужно послать меня к Матильде и Вере? — спросила она, пунш помог задать вопросы, на которые она всегда хотела узнать ответы.

— Я — простой торговец, — сказал он, взмахнул широким элейзийским плащом как лорд, которого изображал.

Она фыркнула.

— Ага, а я просто Компаньон.

Он выпрямился, двигаясь плавно и красиво. Все в нем было отточенным и драматичным.

— Когда — то ты этим гордилась.

— Это было тем, чем можно было гордиться, — отозвалась Сирена.

— Сколько пунша ты выпила? — спросил он, глядя на ее пустой бокал. — Он крепкий, а ты худенькая.

Сирена поспешила убрать бокал. Ей не стоило сегодня терять голову.

— Просто расскажи мне правду хоть раз, — она ткнула пальцем в его грудь. — Скажи, откуда знал о Дома до того, как хоть кто — то поверил, что у меня была магия.

— Моя работа — все знать. И я узнал давным — давно, Домина, как добывать правду. Слушать и учить все, что можешь, — это половина боя. Сложнее всего научиться определять, что реально.

— Но откуда ты знал? — прошептала она.

Он протянул руку, чтобы она не раскачивалась.

— И ты не поняла, что в пунш для Белтейна что — то подсыпали.

— Дин, — пролепетала она. — Мне нужен Дин.

Базилл Селби щелкнул пальцами, и Дин возник, словно ждал ее в тенях.

— Привет, кроха — принц, — сказал Базилл. — Пунш ее расслабил.