По периметру площади проходила многополосная проезжая часть, по внутренней стороне окаймлённая широченным тротуаром. А ещё ближе к центру площадь немного возвышалась и была сплошь покрыта газонами. Тут и там посажены берёзки, ещё какие-то деревца с зеленоватой корой. В самой середине площади находился фонтан.

Было нежарко, но сухо: дождь обошёл Мидланд стороной — наоборот, ветерок вроде бы развеивал низкие серые облака, а в просветах уже виднелось голубое небо.

За разговорами — Тани вовлекла парней в обсуждение теории профессора о «купленной» науке — незаметно подошло время отправления автобуса.

Ребята проводили хоббита, посадили, сдали чемоданы в багаж. Простились почти по-родственному, старый ворчун растрогался, взял у ребят номера телефонов, обещал осенью прислать каких-нибудь гостинцев с огорода. Тани с искренней теплотой расцеловалась с ним, парни пожали руку. Когда автобус отошёл, долго смотрели ему вслед.

— Зачётный дядька, — сказал Дэн.

— Нет, правда, он славный, хоть и своеобразный, — девушка улыбнулась, вспомнив их первую встречу.

— Я и говорю, — подтвердил Дэн. — Ну что? На паровоз?

На экспресс они сели без приключений, чувствуя себя бывалыми путешественниками, взрослыми и самостоятельными.

Никто из них не обратил внимания на неприметного крепкого мужчину, который долго внимательно наблюдал за ними и сел в соседний вагон, когда подали сигнал к отправлению.

ЗАГОВОР

Всё сходилось как нельзя кстати. Руни и Джек стояли в карауле, и Даллас пошёл их проведать. Он застал их лежащими друг напротив друга на ковриках и о чём-то лениво переговаривающимися.

— Как оно, мужики?

Джек, оттолкнувшись ногами, принял более сидячее положение. Руни почесался, вновь заложил руки за голову, глядя в невидимый во тьме потолок штрека. Бросил:

— Темно оно. И тихо. И мухи не кусают. Что тут, на фиг, может случиться?

— Да-да, мужики! Я же говорю: без толку здесь сидим! Сто пудов — там ничего нет, давно пора домой. А с этой … загнёмся тут без воды — и хана.

— Ну, ты-то последний загнёшься, — хмыкнул Руни.

Даллас почувствовал досаду, но сказал миролюбиво:

— Да ладно уже… Можно подумать, я пил эту воду в одного. Для всех же старался. Если чуваку хватает, на хрена ему лишнее?

— Угм, — неопределённо проворчал Руни.

Он был самым старшим в охране — по возрасту. Ему уже перевалило за пятьдесят, но позавидовать его форме мог любой: ни капли лишнего жира, рост под два метра и пудовые кулаки.

Даллас пришёл с определённой целью: уговорить их на побег. Ну, Джека уговаривать особо нечего, достаточно сказать, что идём: он давно бегал у Далласа в шестёрках. А вот Руни — себе на уме.

— Я вот думаю, мужики: может, пора сваливать отсюда?

Джек почти испуганно посмотрел на него:

— Втихаря, что ли? Втроём? А остальные?

— Да не бзди, Джек! Мы же не бросаем их тут — наоборот, дорогу разведаем, помощь отправим. А то они так и будут третьего пришествия ждать. Нам же ещё потом спасибо скажут!

На самом деле намерения Далласа были прозрачнее некуда: сбежать из этого мрака, камня, скуки. От этой ведьмы. Выбраться, послать всех, уехать в Арнор, уволиться из этой морготовой Компании. Слава Эру, успел подкопить нормально, пока телепался на этой проклятой шахте…

Но подлец всегда пытается лгать, даже самому себе.

— А если там на самом деле не пройти? — спросил здоровяк.

— Вот ты сам посуди, — убеждающе сказал Даллас. — Слышал же про тот корень на семьдесят второй? Он буровую вдребезги разнёс в секунду. Она несколько тонн весит! Если бы два таких под нами ползали, им эти бронелюки — как тузику грелка. Да мы бы все слышали, как они там долбятся! А их не только не слышно. Их наверняка вообще нет. Их кто-нибудь видел? Ну кто-нибудь? То-то же. Одна только её трескотня.

— Так-то да, вполне может быть, — поддакнул Джек.

— А какой смысл ей врать?

— Откуда я знаю? Ведьма… — в голове Далласа образовалась блестящая идея убедить Руни, играя на его религиозности. — Вдруг она сатанистка? Говорила же, что в бога не верит… Может, она тут нас всех в жертву хочет принести. Поди спроси!

— Ну, ты сам-то тоже неверный, — справедливо заметил старший охранник.

— Я же чёрной магией не занимаюсь, блин! Короче, что думаешь-то?

— А прыгуны?