— Люди же вокруг…

— Да ну и пусть! Это же всё туристы. Подумают, что, может, так надо. Может, мы живём там, — в глазах Тани прыгали шальные огоньки.

Дэн, более опытный в таких делах, практично поинтересовался:

— А если зацапают?

— Оштрафуют, наверное. Раньше, когда нас мелких ловили — родителей вызывали. А то — поругают да отпустят.

Они посмотрели в спину удаляющимся полицейским. Девушка первая пошла к стене, парни за ней. Оглянувшись, Тани стала подниматься, цепляясь за выступы кладки, ноги сами находили знакомые трещины, пальцы нащупывали глубокие щели между камнями.

Не прошло и минуты, как она скрылась в проёме — то ли обрушившемся окне, то ли для какой-то надобности сделанном отверстии на пятиметровой высоте. За ней последовал Дэн, последним полез Элле.

Приблизившись вплотную к стене, он оглянулся: ниша практически полностью скрывала его, заметить карабкающегося по стене можно было, только находясь прямо напротив. Вблизи — никого, дальше за мэллорнами сновали прохожие, но никто не обращал на ребят внимания.

Он повернулся к стене и нащупал рукой первый камень.

Стало чуть-чуть жутковато, но надо было поторпиться — сверху выглядывала Тани, прошла уже, наверное, половина времени до проезда патруля.

Выступ за выступом, камень за камнем Элле взобрался почти до конца. Глянул вниз — оказалось неожиданно высоко. Он заспешил. Чуть выше, в сторону, ещё выше… Наконец нащупал край проёма.

Дэн протянул руку и помог залезть внутрь.

По невысокому узкому лазу, ведущему вглубь стены, они пробрались несколько метров и попали на лестничную площадку. Откуда-то сверху пробивался свет, было сумрачно, но не темно.

С площадки прямо вниз уходила неширокая, с метр, каменная лестница, другая такая же поднималась налево, очень круто забирая вверх.

Тани прислушалась. Слышалось только их дыхание, да откуда-то сверху доносилось чириканье птиц. Она молча поманила рукой и крадучись, стала подниматься по лестнице. Элле, так же осторожно ступая, двинулся за ней, последним — Дэн. Они одолели ещё два длинных лестничных пролёта, на каждой площадке отдыхая (подъём был довольно крутой) и прислушиваясь. Лестница уже не меняла направление и с каждой площадки шла прямо — выше и выше, чуть изгибаясь направо. Каменные перекрытия над головой вдруг закончились, и в прохладную полутьму пахнуло тёплым летним ветром; над головой засинело небо.

Ход вывел их на верхний ярус Арены. Слева поднималась глухая стена, сверху увенчанная вереницей небольших арок, а направо открывалось огромное пространство — ряды каменных ступеней — скамей, а далеко-далеко внизу — жёлтая овальная площадка.

Здесь всё было старым по-настоящему. Древние стены, ступени, даже песок на Арене, наверное, был древним. Каменные плиты скамей местами потрескались, некоторых не хватало. Внешняя стена надёжно закрывала от глаз нынешний многомиллионный Арнор, оставляя ребят наедине с далёким прошлым.

Элле представлял, как амфитеатр, заполненный тысячами арнорцев, взрывается криками, приветствуя великого гладиатора и будущего наместника провинции Рун…

— Правда, здорово? — голос Тани возвратил его к действительности. — Я когда в первой школе училась, у меня подружка была — та ещё бандитка. И мы сюда загорать лазили. Или от пацанов прятались.

Они уселись на тёплые камни, прислонившись к стене.

— Это же сколько блоков надо было вытесать, сложить. Гора ведь целая!

— А чего им… Рабы и нарубили, и перетаскали, и сложили. — Дэн сплюнул сквозь зубы. — С рабами-то чё не жить?

— Ну, рабы. Тоже ведь люди. И такое соорудили!

— Я бы рабом ни за что не стал. Сразу бы удрал.

— Ага. Поймали бы тебя на второй день. И подвесили бы за ноги на солнышке жариться.

— Да ну. Я бы бился насмерть! Вон, как гладиаторы.

Элле промолчал, посмотрел на Тани. Она запрокинула голову и смотрела в небо.

Он вслед за ней посмотрел вверх. Высоко-высоко видны были две точки, двигавшиеся широкими кругами.

Тани встретилась взглядом с Элле:

— Видишь их?

— Птиц?

— Угу. Какие-то хищные. Орлы, наверное. Совсем крыльями не машут. Сначала невысоко летали, потом кругами — выше, выше.

— Вдвоём…

— Да.

Они долго смотрели на орлов, невесть откуда взявшихся посреди огромного города.

Элле вдруг каким-то другим взглядом, словно со стороны, посмотрел на Дэна, сидевшего с закрытыми глазами, на Тани, заворожено глядящую ввысь, на старые трещиноватые камни вокруг, отбрасывающие длинные тени.

Подумалось, что иногда дни пролетают совсем незаметно и бесследно, несмотря на всякие важные события. А сегодня — наоборот: вроде день как день, но он почему-то был уверен, что навсегда запомнит этот тёплый ветер, огромную пустую каменную Арену, заполненную призраками из бездны веков, двух птиц, исчезающих в вышине.