Ее глаза с недоумением посмотрели на него. Она не yвидела насмешки.

– Что вы приexaли мне сказать?
– прошептала она.
– Что тут говорить?

– Только это, - ответил он не слишком твердо. Он взял ее руки в свои.
– За всю свою жизнь я никогда не встречал женщину, кроме вас, которая могла бы осветить мою жизнь ярче, просто войдя в комнату. Вы преследуете меня, мисс Кэмпбелл. Вы наполняете мои мысли, когда я бодрствую; и мои сны, когда я сплю. Когда мы в разлуке, я каждую минуту хочу быть с вами. Когда мы вместе, я чувствую, что вернулся домой. Я хочу вас - только вас!
– в спутницы моей жизни. Никогда и ни в чем я не был так уверен.

Кейтлин стояла неподвижно. Она посмотрела на свои руки в его рукax. Потом снова посмотрела в лицо Килвертона и заставила свои губы улыбнуться дрожащей улыбкой.

– Я не могу избавиться от восторга, услышав ваши признания, - с трудом сказала она.
– Вы знаете, что я чувствую то же самое. Но мы должны забыть, что когда-либо произнесли это вслух.

Килвертон выглядел пораженным.

– Должны?
– он пeрeспросил. Затем с восклицанием опустил ее руки.
– Какой я олух!
– заметил он.
– Вы должны простить меня, Кейтлин; умоляю, спишите это на неопытность! Я и раньше предлагал брак, но, как вы должны знать, я никогда не предлагал его женщине, которую действительно люблю.

Кейтлин почувствовала, что у нее кружится голова.

– Брак?
– она задохнулась.

Килвертон нежно ей улыбнулся:

– Конечно! Но в моем стремлении добраться до сути вещей я забыл упомянуть, моя дорогая, что недавно снова пополнил ряды завидных холостяков.

– О, - слабо сказала Кейтлин.
– Неужели?

– Да, - радостно подтвердил Килвертон. – Общество собирается выразить мне свои соболезнования. Мои ухаживания потерпели крах.

– Потерпели крах?
– повторила Кейтлин.
– Я не совсем понимаю.

Килвертон принял задумчивый вид.

– Шокирует, не правда ли? Тот, кто так высокороден, мог вести себя так низко! Но из всех людей - леди Элизабет… э-э… мухлевала.

Между бровями Кейтлин появилась недоуменная складка.

– Что делала?

– Мошенничала. Нанесла нечестный удар. Грубо обошлась. Отказала. Одним словом, Кейтлин, меня отвергли.

Кейтлин вдруг ужасно захотелось сесть. Ей казалось, что ee колени превращаются в воду. К счастью, Килвертон снова сжал ее ладони своими руками. Она с благодарностью прижалась к ним.

– Мисс Кэмпбелл, я еще не разговаривал с вашим отцом по двум очень веским причинам: во-первых, мне кажется, что вы достигли совершеннолетия. Во-вторых, капитан Талгарт имеет преимущество передо мной, как выяснилось. Последние полчаса мы беседовали с глазу на глаз, и я узнал от него многое.

– Милосердные небеса! Капитан Талгарт тоже здесь?

– Я вынужден был привезти его, знаете ли; вы не сообщили мне о местонахождении Роузмидa. Ваша сестра Эмили не совершила такого упущения. Капитан Талгарт получил благословение ваших родителей.

Кейтлин поперхнулась.

– Капитан Талгарт ухаживал за моей сестрой Эмили - опыт, которым я еще не наслаждалась!
– она напомнила ему.

– Опыт, которым вам, увы, никогда не насладиться, - твердо сказал Килвертон.
– За вами не будет ухаживать ни капитан Талгарт, ни какой-либо другой мужчина! Если, конечно, вы не отклоните мое предложение руки и сердца. В таком случае я сам буду ухаживать за вами - усердно, пылко и настойчиво, - пока вы не передумаете..

В уголках рта Кейтлин заиграла озорная улыбка.

– Вы искушаете меня, лорд Килвертон. Я бы очень хотелa, чтобы вы за мной ухаживали.

Она была немедленно схвачена парой сильных рук. Дыхание Килвертона шевелило ее волосы, когда он яростно обнимал ее.

– И я бы очень хотел ухаживать за вами, Кейтлин! Ожидание будет тяжело вынeсти, но я готов танцевать с вами до конца сезона - надеюсь, сделав вас предметом зависти для многих, Бог знает, что вы этого заслуживаете! И дождаться осени, чтобы попросить вашей руки. Могу ли я сделать это, сердце мое? Хотели бы вы, чтобы мы хоть раз все сделали правильно?

Кейтлин блаженно вздохнула. Cтоя в объятиях Ричардa Килвертонa посреди сумеречного переулка, cлишком сложно принимать решения,.

– Звучит замечательно, - радостно призналась она.

Его смешок донесся до ее уха:

– Что именно, что я буду танцевать с тобой несколько мизерных месяцев? Если я пообещаю тебе танцевать до конца наших дней, ты мне сейчас ответишь «да»?

Ее руки застенчиво обвились вокруг него. Это было настолько чудесно, насколько девушка может себе представить. Она рассеянно улыбнулась: