Внутри склада все уже было покрыто ими. Мое тело было полностью покрыто насекомыми и невообразимо чесалось — хотелось разорвать на себе кожу, чтобы быстрее это прекратить. Глаза уже почти не видели, превратившись в две маленькие щелочки, над которыми уродливо нависали распухшие кровоточащие веки.

Одиннадцать, нет, двенадцать, неподвижно лежащих человек на полу. Все покрыты хаотично движущимся черным ковром и нет никакой возможности и времени узнать, кто есть кто. Ну же, Крастер, где ты?

Вижу! Один из пострадавших лежит на боку, и в его руке зажат блокнот и карандаш. Мой карандаш…

Склоняюсь над ним и очищаю руками его лицо от налипших блох. Он! Собрав последние силы, взваливаю его тело себе на плечи и иду к выходу. Иду, переступая через мертвых и полумертвых членов общины, понимая, что не имею права остановиться. Я не понимаю, жив ли он, но выяснять это некогда — сейчас ценна каждая секунда. Шаг за шагом, шаг за шагом…

Мои голени уже изъедены полностью, я чувствую копошащуюся в мышцах мелюзгу, проникающую все глубже, она никак не остановится и не насытится. Еще немного, я уже вдыхаю запах озера. Глаза почти не видят, но этот путь пройден за последние годы неоднократно, и мне не нужно зрение. Пожалуйста, Крастер, живи! Пожалуйста! Нам осталось пройти совсем немного.

Через разбухшие от укусов глаза выступают слезы и это не нравится маленьким убийцам. Они расползаются в стороны, предпочитая более сухое место. Еще пять шагов, четыре, три…

Сваливаюсь в обмелевшее озеро и пытаюсь проползти еще немногое. Сила нехотя оживает, и я, извиваясь по дну телом, пытаюсь затащить себя и крысолова глубже, чтобы подключить к лечению всех имеющихся «муравьев». Прохладная вода приносит облегчение, а потревоженные насекомые отчаянно покидают мое тело, неуклюже барахтаясь вокруг.

Концентрация.

Он плох, очень плох, но он все еще жив! Отправляю спасительную Силу в его тело, и наблюдаю, как они кусочек за кусочком, клеточка за клеточкой, восстанавливают его изъеденные ткани. Кожа Крастера постепенно приходит в норму, а я чувствую, как по моим щекам ручьями текут слезы счастья. Теперь можно полечить себя. По берегу бегает встревоженный эльмур, который, кажется, тоже нацеплял опасных блох в свою шубку, но выглядит здоровым.

— Рики, прыгай сюда!

Питомец, не раздумывая забрался в воду, и, торопливо перебирая лапками, устремился ко мне. Я незамедлительно проверил его состояние. Удивительно, его почти не покусали! Еще одна загадка, или моего отважно малыша боятся даже насекомые?

— Ты плачешь? — хриплый голос крысолова заставляет меня повернуться к нему, — Ты ведь обещал больше никогда не плакать, или я что-то путаю?!

— Крастер, сукин сын, только попробуй умереть! Я с тебя три шкуры спущу!

Он рассмеялся и крепко обнял меня.

— Что будем делать дальше? Тоннель просто кишит этими тварями!

— Пока не знаю… — какая-то мысль крутилась в моей голове, но я пока не мог ее поймать, — Мне нужно просканировать окрестности.

Я вновь сконцентрировался и обратился к своей второй Силе. Нужно было тщательно исследовать каждый уголок Ямы и понять, как вести себя дальше. Тоннель нам пока не доступен, все необходимые материалы лежат внутри под слоем снующих насекомых. Они страшно не любят воду — даже сейчас эти маленькие убийцы расползлись по гроту и облепили потолок и стены, прогнав со своих мест Слепых.

Итак, для начала нужно тщательно просмотреть тоннель. Зрение сканера не позволяло мне увидеть скопления блох, но я с удивлением обнаружил, что в нем не осталось ни одного живого существа. Один за одним угасли огоньки последних Слепых и Охотников, которых мы отсекли решетками и не выпустили из своих гнезд.

Теперь посмотрим Яму и пещеры каннибалов и мастеровых, поскольку не успел это сделать сразу.

Проклятье! Я со свистом выдохнул воздух из легких. Тысяч десять Слепых не меньше! И около тысячи Охотников… Дальняя часть Ямы у лавовой реки превратилась в сплошную массу из тел, которые лениво ползали в поисках добычи.

— Да сожрите уже друг друга! — моему отчаянию не было предела. А я наивно полагал разделаться с ними при помощи арбалетов…

— Что такое, Кай? Все плохо? — на лице Крастера отображалось беспокойство.

— Намного хуже, чем я себе представлял, их тысячи…

И снова в голове проскочила мысль, ловко увернувшаяся от меня. Решение было где-то рядом, на поверхности.

— Жаль, что мой дар не распространяется на эту мелюзгу, — задумчиво пробормотал Крастер, — Сейчас бы очистили пещеры, а заодно бы хорошенько потрепали Слепых…

Крастер. Управлять. Насекомые. Сила.

Что общего у этих слов? Почему они так назойливо лезут мне в голову?

Лаэль!!!

Сознание услужливо подкинуло в мою память день знакомства с полуэльфом. Лагерь школы Длани в лесу, мы сидим за нехитрым деревянным столиком, и он учит меня читать по губам. А на столе маршируют муравьи, складываясь в слова и предложения. Полуэльф был уникален по своей сути, соединив в своем теле магию, которой его научил отец и Силу, полученную от матери, принадлежащую к роду людей.