Аласдэр захрипел, потому что Василиос снова вонзил зубы ему в шею и тут же сильно толкнулся бёдрами. Глаза Лео расширились — ему трудно было смотреть на происходящее, но перестать смотреть он не мог.

Лео хотелось прикоснуться к мужчине, который до дрожи в мышцах напрягался, пытаясь устоять на месте под напором старшего вампира, который сейчас стонал и пил его кровь. Или — что было бы ещё лучше — прикоснуться к себе в месте, где были расстёгнуты брюки, и вздрагивал прижатый к паху член.

«Безумие какое-то, — подумал Лео. — Полное безумие». Но тут Василиос вытащил зубы из шеи Аласдэра, тот опустился чуть ниже и легонько потёрся о Лео телом.

Длинный твёрдый член вампира заскользил по стояку человека, и Лео зажмурился от чувственности такого движения.

«М-м-м», — мысленно услышал Лео глубокий и довольный стон Аласдэра, а потом вампир хрипло вскрикнул. Среагировав на звук, Лео открыл глаза. Не нужно было быть сзади, чтобы понять, что Василиос снова вошёл в Аласдэра.

От грубого и сильного проникновения ладони у головы Лео сжали простыню, и ноздри Аласдэра расширились. Потом он нашёл взглядом глаза Лео и облизнул свои полные губы. Сомнений не было: Аласдэр жаждал подобного обращения.

По-прежнему заточённый в ловушке своего тела, Лео мог только неподвижно лежать. Каждый раз, когда Василиос входил в Аласдэра, тот сильнее прижимался к эрегированному члену Лео, устраивая полный беспорядок: с головки члена парня натекла уже целая лужица липкой смазки.

Хотя Лео попал в кровать не добровольно, но, наблюдая за разворачивавшимся перед ним полным наслаждения пиром, только и мог, что надеяться хоть на какие-то кроки до его окончания. Потому что иначе Лео просто умрёт, настолько сильную он чувствовал неудовлетворённость.

Пальцы Василиоса сжимали шею Аласдэра, пока член старейшины погружался в тело младшего вампира. По тому, как бёдра господина начали ускоренно двигаться, Аласдэр понял, что тот собирался снова вонзить зубы. Василиос придержал Аласдэра, вновь погружая клыки в его сонную артерию, и у младшего вампира появилось ощущение, что он вот-вот потеряет сознание.

Удовольствие было совершенным. Никакое другое не шло в сравнение. Оно было и жестоким, и прекрасным, и само ощущение было похоже на сильный прилив крови.

Вначале Аласдэр позвал Лео только для того, чтобы отвлечь Василиоса от мыслей о возможном пренебрежении. Но в миг, когда Лео остановился у кровати, и пальцы господина стиснули его плечо, Аласдэр понял, что просчитался.

А когда младший вампир заставил человека улечься на матрас, и Василиос, поставив условие: «Я разрешаю ему присоединиться, но не прикасаться к тебе. Не тогда, когда я кормлюсь», впился зубами ему в шею, Аласдэр получил то, что получил: дикое совокупление.

Лео лежал с разведёнными ногами и расстёгнутыми брюками. Его член налился и покраснел, и Аласдэр точно знал, чего хотел человек в этот момент: ласкать себя, пока не кончит.

Но рисковать нельзя. Василиос пока был не готов.

Когда плечо Аласдэра отпустили, а самого толкнули к Лео, вампир принялся по-настоящему тереться членом о тело парня.

Почувствовав приближение пика, Василиос дал волю Аласдэру, и тот сразу же, воспользовавшись шансом, погнался за собственным оргазмом. Он знал, что самый быстрый способ — освободить тело Лео, что и сделал, закрыв глаза.

Как только Аласдэр закрыл глаза, к Лео вернулся контроль над телом. Он потянулся и стащил брюки до колен. На него сверху тут же опустился Аласдэр. «Чёрт, да… потрясающе», — подумал Лео и выгнулся, желая почувствовать своим стояком прекрасный обнажённый член вампира.

Твёрдо решив не поддаваться ощущениям, Лео держал глаза открытыми, но это удавалось с трудом, потому что он ещё никогда не участвовал в чём-то более сексуальном и горячем… даже если подсознательно понимал, что выбора-то и вовсе не было.

Их эрегированные члены соприкасались идеально, и когда третий мужчина, разрывая все шаблоны, улёгся сверху и страстно обнял обоих, Лео с восхищением принял давление тела Аласдэра.

Лео снова выгнулся навстречу трущемуся об него крепкому телу, потом перевёл взгляд с лица Аласдэра на удивительно красивое его любовника, и чуть не потерял сознание. Лихорадочно блестевшие глаза Василиоса горели похотью, он слизал застывшую на губах кровь Аласдэра и убрал клыки.

— Вот чёрт, — прошептал Лео в ужасе от увиденного. Но тут Аласдэр наклонил голову Лео в сторону и провёл языком по его шее.