Она перенеслась внутрь и осмотрела большое помещение. Айседора заметила Аласдэра выходящим из ванной. На нём было только замотанное вокруг талии полотенце, а волосы были совершенно мокрыми.

«Хм… Похоже, кое-кто пытается смыть следы своих вечерних занятий».

— Кузен, ты планировал меня впустить или собирался игнорировать весь вечер?

— А это важно? — спросил Аласдэр, проходя мимо и бросая полотенце на пол.

— Нет, не очень. Ты нужен мне в Судебном зале. Знаю, по большей части с делами разбираюсь я, но сейчас прошу тебя поучаствовать в одном допросе.

Айседора без стеснения наблюдала, как Аласдэр одевал чёрную рубашку и брюки, и подумала, какой же он по-настоящему красивый мужчина. Это почти сводило с ума. Когда Аласдэр со скучающим видом вопросительно поднял бровь, Айседора прекратила его рассматривать и продолжила:

— Ко мне доставили Стратоса. Сегодня вечером его поймал охранник, патрулировавший улицы.

— Поймал за чем? — уточнил Аласдэр, застёгивая рубашку. — Стратос вовсе не тянет на проблемного типа. Он всегда следовал правилам.

— Да, знаю, именно поэтому всё так странно. Сегодня Стратос кажется другим. В каком-то смысле почти одержимым.

Аласдэр нахмурился, а потом пожал плечами, будто это была не его проблема.

— Думаешь, я пришла бы к тебе, если бы мне не нужна была твоя помощь? Стратос что-то скрывает, и ни один из моих подходов не сработал.

— Как думаешь, что именно? — поинтересовался Аласдэр. Последняя деталь явно вызвала его интерес.

— Не знаю, но каждый раз, когда он уже вроде готов заговорить, останавливается.

Аласдэр задумался над словами кузины и сложил руки на груди.

— Ты связалась со старейшинами? Что они сказали?

— Судя по всему, они сейчас… недоступны.

— Все трое?

— Да, все трое.

На лице Аласдэра появилось выражение явного недоверия, и Айседора поняла, что он подумал. Странно, что все трое одновременно покинули главное обиталище. Но если вампиры за многие годы чему-то и научились, так это тому, что не стоит сомневаться в решениях старейшин. Если им нужно было где-то находиться, тому имелась веская причина.

— Ну, — наконец произнёс Аласдэр. — Чего мы ждём? Полагаю, нам нужно нанести визит Стратосу и докопаться до правды.

— Аласдэр, ты вообще слышал хоть слово из того, что я объясняла последние пять минут? — спросила Айседора, постукивая блестящим ногтем по подлокотнику своего кресла. Пока Аласдэр оценивал ситуацию с подвешенным в центре Судебного зала пленником, оба сидели в напряжённом молчании. — Если Стратос провисит там дольше, представить его на суд будет достаточно сложно. По причине его смерти, например.

Аласдэр с застывшим лицом рассматривал мужчину.

— Какое мне дело до его смерти? Он не говорит ничего полезного, а всё услышанное было ложью. Стратос, мы знаем, что ты общался с посланником. Ты этого не отрицаешь, но и не говоришь, зачем выкинул такую глупость. Так что, Иса, — дружелюбно произнёс Аласдэр, его тон в данной ситуации звучал крайне странно. — Учитывая обстоятельства, я не представляю, почему ему должны предоставить право на суд.

Айседора перевела взгляд на вампира, который был подвешен за одетые на лодыжки наножники к большому металлическому крюку в потолке.

— Потому что это справедливо? — отважилась предположить она, зная, что ей нужно как-то вытащить кузена из неуравновешенного состояния.

Аласдэр бросил на неё скептический взгляд:

— Ты помнишь, чтобы я когда-нибудь заботился о справедливости?

— Э-э… нет.

— Тогда с чего ты взяла, что я буду делать это сейчас?

Айседора наклонилась так, что их плечи соприкоснулись, и, понизив голос, проговорила:

— Потому что в подобных ситуациях наша задача — задавать вопросы, а не убивать.

Аласдэр бросил взгляд на мужчину, который беспомощно извивался на крюке. Потом снова посмотрел на кузину.

— Это должно что-то для меня значить? Да, моя работа — задавать вопросы. Если ответов нет, я имею право принимать решения оставить жить или убить. Работа, от которой, кстати, вы с Таносом отказались из-за… полагаю, слабого желудка. Ты пришла ко мне, — заявил Аласдэр, и Айседора уже подумала, что, принимая во внимание текущее настроение кузена, совершила ошибку. — Поэтому, если не возражаешь, эту проблему я разрешу так, как и другие.