«Но что происходило под поверхностью?»

— Куда мы идём? — спросил Лео, наконец-то нарушив молчание.

— Я уже говорил. Нам нужно пойти на Показ.

Лео недовольно хмыкнул:

— Мне это ни о чём не говорит. Что такое «Показ»?

Аласдэр остановился так резко, что Лео чуть в него не врезался.

— Не скажу больше ни слова, пока ты не объяснишь, что там случилось.

Лео нервно сглотнул.

Аласдэр вопросительно поднял бровь:

— Ничего?

— Я ничего не сделал. Всё произошло само собой.

— Что именно? — рыкнул Аласдэр и вместо того, чтобы дождаться ответа, ворвался в разум Лео. Роясь в чужих мыслях, Аласдэр выискивал хоть что-то, что могло бы объяснить произошедшее. Но добился единственного: «Убирайся из моей головы!»

Раздражаясь необычностью Лео, Аласдэр потребовал:

— Скажи, что ты сделал!

— Я НЕ ЗНАЮ, — с нажимом ответил Лео и затряс головой. — Чёрт, да это же просто смешно. Если ты мне не веришь и видишь во мне большую угрозу, то почему я до сих пор жив?

Аласдэр не мог не согласиться с разумностью его слов. По какой-то непонятной причине, вызывавшей только раздражение, он до сих пор не мог заставить себя избавиться от Лео. И не имел ни малейшего представления, что с этим мужчиной было не так. Но чем глубже он вникал, тем сильнее… интриговала вся ситуация.

— Показ проходит каждый месяц, — сказал он.

Рот Лео удивлённо открылся, будто он ожидал не обычного ответа на свой вопрос, а смертельного приговора.

— На Показ мы приводим свою добычу и демонстрируем собратьям.

— Но я слышал, как ты говорил тому парню в костюме, что я не твоя…

— Я велел не говорить о нем, — перебил Аласдэр, резко дёрнув цепь, и Лео практически уткнулся в вампира.

— Почему нельзя о нём говорить? Потому что он — твой любовник? Подумаешь, делов-то.

Аласдэру вопрос показался странным. Какое ему было дело до того, что кто-то узнает об их физической связи?

— Ты не будешь говорить о нём, потому что он куда важнее тебя. И да. Среди всего прочего, он мой любовник.

— Так ты гей? — спросил Лео.

При мысли, прозвучавшей в голове Лео, но не озвученной: «Как я?», Аласдэр склонил голову набок.

— Я — вампир. Мы занимаемся сексом, с кем пожелаем. И не делаем различия по полу. Тем более по виду. Вампир, человек или кто-то другой, — сказал Аласдэр. Затем над нижней губой медленно показались клыки, и Лео немедленно прикипел к ним взглядом.

— А давно ты стал вампиром? Я читал, что вас создали боги. Аполлон, Артемида и ещё один… как его… — задумчиво проговорил Лео.

Аласдэр наблюдал за человеком с опаской: сколько же он знал… или думал, что знал?

Но тут Лео щёлкнул пальцами:

— А-а, точно, Аид. Ужасный бог смерти. Хотя, если вспомнить вашу склонность к угрозам убийства и всему такому, то в этом есть смысл.

— То, что ты читал, неверно, — проговорил Аласдэр. — Меня создали не боги…

— …а Василиос? — попробовал угадать Лео.

Аласдэр не согласился и не опроверг догадку парня, решив, что молчание — лучшая линия поведения. Тем не менее его молчание заставило Лео продолжить свой допрос:

— Ну… любая история всегда начинается с крупицы правды, так ведь?

— Верно, — сказал Аласдэр, не успев как следует обдумать его мысль.

— Значит, я прав? — снова спросил Лео, и его губы впервые с момента пробуждения, расползлись в широкой улыбке. И Аласдэр не смог отвести от него глаз. Лео наслаждался моментом. Проникнув в мысли Лео, Аласдэр услышал: «Вот за это я и обожаю историю. За возможность докопаться до правды. Чёрт, у меня никогда не было возможности обсуждать подобные вещи с настоящим живым реликтом!»

Аласдэр двинулся дальше, предпочитая не показывать, что совершенно не рад, что его воспринимали, как ожившее ископаемое.

Они практически дошли до конца коридора, когда Лео произнёс:

— Ты так и не сказал, сколько времени прошло… ну, с момента, как ты изменился.

— Очень много.

Аласдэр вспомнил все озвученные ранее вопросы, и Лео снова начал вызывать у него подозрение.

— Сколько?

— Знаешь, ты задаёшь слишком много вопросов.

— Мне всё равно. С тех пор, как ты меня запер, ты впервые такой разговорчивый.