– Эльдар?

– Да, врачи опознали его.

– Но как такое возможно? И почему столько времени наши бойцы не заходили на этот склад, ведь наша зачистка прибыла сразу после звонка вспомогательной группы?

– В том то и дело, что непонятно. Все проходили мимо этой двери, не видя ничего. И только тридцать минут назад, когда туда приехала человеческая полиция, они увидели дверь в закрытое помещение.

– То есть наши спецы слепые, а те зрячие? – недовольно прошипел оборотень.

– Нет. В том то и дело, что каждый участок лаборатории сто раз проверяли, но никто не видел дверь. Поэтому давай сюда, твой праздник отменяется.

– Конечно, Иннокентий Захарович. Через час буду у вас.

– Добро. Ой, и еще напомни мне, кто такая Немезида?

Мужчина напрягся, не понимая, как связана девка с этим событием.

– Способная девушка, которая подает большие надежды. Но, насколько мне известно, она находится на лечении у Митрушиной Агафьи Петровны.

– Ты говоришь про врача нашего центра, которая сегодня с утра подала заявление на увольнение по семейным обстоятельствам?

– Даже так? – с удивлением сказал мужчина.

– Да. Она даже не стала две недели отрабатывать, ссылаясь на необходимость быть с сыном.

– Понятно. Ничего вам не сказала?

– Нет, а должна была? – с подозрением спросил полковник.

– Нет. Извините, а почему вы спросили про Немезиду?

– А-а-а, так это она исчезла с объекта. И что интересно, ее никто не видел.

– То есть вы думаете, что это она их… и сбежала?

– Нет, они сами себя. Она же баба. Женщина. Куда ей против сильных оборотней. Так что не говори глупости. Жаль, что записей с камер нет. Наши бойцы все записывающие устройства уничтожили, прежде чем войти в помещение.

– Это наша стратегия…

– Стратегия не стратегия, а теперь у нас проблемы с людьми. Сам посуди: разорванные волки, клочья нашей спецформы, расстрелянные люди и подпольная контрабанда органов. Если последнее можно на мафиози повесить, то запертых, разорванных волков в нашей одежде никто не объяснит. Приходится задабривать людей и стараться как-то утрясти это дело. Так что давай сюда, возможно, позже с руководством полиции поедем к тебе на дачу, чтобы они забыли об этом инциденте.

– Конечно-конечно. Уже в пути.

– Добро, – сказал полковник и отключился.

Артур Васильевич долгим взглядом посмотрел на телефон и стал заправлять рубашку. Резкий свет точечных светильников на секунду заставил его закрыть глаза. Когда мужчина их вновь открыл, то увидел на диване у двери девушку, которая держала пульт от освещения в кабинете. Та, которая считалась пропавшей, а должна была еще находиться в отгуле на постели.

– Немезида… – недоуменно сказал мужчина.

– Не ждал? А я пришла… – громко прорычала девушка.

– Я не понял… Ты как разговариваешь со мной, сопля? И вообще, что ты тут делаешь? Как вошла в мой кабинет? – закричал мужчина в бешенстве от такой наглости.

Девушка рассмеялась и улыбнулась подполковнику обольстительной улыбкой.

– Убивать тебя пришла… – спокойно произнесла она.

– Чего? Ты больная? Да я… тебя… – рыкнул мужчина и направился к ней.

Немезида с ненавистью посмотрела на него и произнесла:

– Стоять на месте! – направляя всю силу виены на сильного оборотня.

Мужчина остановился, совершенно не понимая, почему стоит, но точно знал, что на него давили силой.

– Кто ты, мать твою? – зарычал он.

– Я? Смерть с косой, пришла к тебе в гости на чай. А ты – ублюдок, который отдал приказ на то, чтобы мне вырезали матку. Ты – та сволочь, которая действует за спиной ГУОПО, прикрываясь профессионализмом и безукоризненным выполнением поставленных невыполнимых задач. А что за этим стоит?

– Ты больная! – зарычал он. – Дай мне выйти.

– Заткнись, пока я в твой рот не запихнула галстук. Интересно, а как отнесется Следственный отдел по оборотням к тому, что ты руководишь операциями, где изначально даешь приказ на убийство пленных?

– Это бред…

– Бред? Это бред – тридцать пять человек, застреленных сегодня твоими любимыми скотами? Бред – пятнадцать детишек, растерзанных «Бесстрашным отрядом». Бред?! – громко заорала она. – Я тебя спрашиваю, выродок! Почему ты позволял им это делать?

– Нет, это не так, – шипел мужчина.

Девушка подошла к сумочке и достала оттуда записывающее устройство.

Она закрыла глаза от боли, так как все ее тело дрожало от сильной отдачи огромной энергии, которую она тратила на эту сволочь. Елена сжала пальцы в кулаки, заставляя себя терпеть.