Второй мой противник ничем от предыдущего, по сути, не отличался. Разве что был вроде как послабее источником, но не сильно. Его атаки следовали одна за одной и с совершенно разных направлений. То сзади в мой щит уткнется копье земли, то сверху упадет глыба льда, а спереди в меня прилетят огненные шары, при этом снизу ударит огненный поток. Кажется, мужик решил особо не мудрить, а просто заставить меня выдохнутся окончательно. Он же думал, что я тут из последних сил дерусь. Собственно, я и отвечал редко и не всегда попадал, изображая слабость и проблемы с запасом энергии.

Наш обмен ударами продолжался минут пять. Он все сильнее налегал, а я все реже отвечал. Но как только у меня на шее завибрировал амулет, я принялся готовить сразу три разного типа кумулятивных снаряда. Барон сообщил, что спор уже фактически заключен, и можно заканчивать бой, но пока что желательно не использовать всех сил. Почему именно так, я не знал. Может просто он ждал, когда сестры разберутся со своими противниками? Или ждал еще и согласия ее сыновей? Не важно. Нужно сосредоточиться на бое. А то этот мужик уже реально почти пробил мой щит.

В тот момент, когда он в очередной раз запустил в меня огненный шар, я в ответ отправил ледяную глыбу. Оба заклинания столкнулись по центру, и вся площадка окуталась паром, а я еще и вихрем поднял в воздух пыль, дабы еще сильнее затруднить обзор. Мужик видать что-то заподозрил и с ходу запустил сразу пять заклинаний с кучей секретов внутри каждого из них. Я ответил своими заготовками, после чего убрал щит и рывком переместил вправо. Ровно в ту единственную точку, где его атаки меня не задели. При этом я опять упал на арену. Спешить уже некуда. Мужик смог отразить две атаки, но третья все же пробила его щит, а потом и его грудь, поставив точку в нашем бое.

Как только пыль развеялась, а пар улетучился, на нашей арене остались лежать два тела. Выждав пару десятков секунд, я как бы с трудом, помогая себе мечом в ножнах, стал подниматься под восторженные вопли толпы. Окончательно встав, я лишь легким кивком ответил на эти вопли, после чего присмотрелся к бою сестер. Виктория уже закончила бой, и сейчас, изображая затруднения с дыханием, уселась прямо на арену, видимо, пока не собираясь вставать. Лиза на моих глазах смогла, наконец, раздавить противника в прямом смысле этого слова. Она обрушила на него огромный кусок льда и придавила его воздушным прессом. В итоге, от ее противника осталась неприглядная клякса из крови и внутренностей. Сама же Лиза стояла с бледным лицом, по которому ручьем стекал пот. Кажется, этот бой ей действительно дался с огромным трудом.

Трибуны ликовали и гудели. Все видимо были довольны столь кровавым зрелищем. Судья опять подскочил ко мне и протянул тот же самый артефакт-микрофон. Взяв его в руки, я посмотрел на вип-ложу. Барон Вельзер довольно кивнул, при этом сложив руки на груди, тем самым давая нам знак. Все шло по плану и сейчас наступал заключительный акт. Графиня Изабела де Шальзар смотрела то злобно на нас, то на барона, при этом сжимая в гневе платок в руках. Ее сыновья наоборот, выглядели довольными и зловеще улыбались в нашу сторону, всем своим видом показывая, что еще чуть-чуть, и они лично нас уничтожат. Я уж грешным делом подумал, что они прямо сейчас отправятся на арену, но нет. Слово опять взял принц.

— Наши герои опять победили. — Улыбнулся принц толпе. — Но мы видим, что им явно не помешает отдых. Барон Дмитрий де Гульдини, скажите нам, вы собираетесь взять перерыв до завтра, или же готовы принять ставку графини Изабелы де Шальзар? А ставка у нас просто уникальная. Графиня и ее сыновья дали слово чести, что если наши доблестные победители продолжат сегодня бой и победят еще одного их посланника, то они выйдут лично на арену. Так что же нам ответит барон?

— Я согласен и буду сражаться. — Спокойно произнес я. — Ставка принята.

— Хм. Кажется, барон Гульдини все это время скрывал какой-то секрет. — Многозначительно усмехнулся принц. — Я так и вижу, как бурлит кровь в этом юном воине. Мы ведь поддержим наших героев?

— Да!!! — Стадион взорвался воплями, диким топотом и овациями.

Честное слово. Я себя в этот момент ощутил гладиатором римлян. Непонятно, откуда, но как будто я уже слышал подобные вопли зрителей. Может, в какой-то другой жизни? Судья, пожелав мне удачи, покинул арену, а вместо него на площадку поднялся очередной противник. Этот мужик с явно военной выправкой и источником, лишь слегка не дотягивающим до архимага, шутить не собирался, и это видно. Криво усмехнувшись, я встал в стойку, при этом взяв в руки меч. Левой рукой сжимал ножны, а правой рукоять. Хотите зрелищ? Будет вам сейчас зрелище. На заднем фоне ощутил свет распустившихся сил сестер. Девочки явно не собирались в этот раз сдерживаться.

Как только раздался сигнал старта, я пулей ринулся вперед. Все вокруг двигалось настолько медленно, что я даже успел увидеть, как капля пота, упавшая с моего лица, словно осенний лист плавно опускалась вниз. В глазах военного мага расширялись зрачки от удивления, вот только осознать, что произошло, он так и не успел. Мой меч покинул ножны, и прошел как через масло по его шее. Остановившись за его спиной, я вложил меч в ножны, и замер в той же позе, с которой стартовал. Только после этого время резко вернулось в норму. Для меня это были секунды, для зрителей и военного — миг.