Фредерика с признательностью посмотрела на него:

– Конечно удалось! Я боялась, что Джессами впадет в уныние, что с ним всегда бывает, когда он вытворяет что-нибудь подобное, но на сей раз он скорее пребывает на седьмом небе, чем в отчаянии. Жаль, что вы не видели его, когда он подъехал к дверям на вашей лошади и позвал меня, чтобы я ею полюбовалась! Джессами был так горд и счастлив! Я не стану вмешиваться, но, по крайней мере, позвольте мне вас поблагодарить!

– Нет, эта тема начинает мне надоедать. Лучше скажите, кто этот щеголь, танцующий с Кэрис.

Фредерика посмотрела на сестру, которая вальсировала с молодым джентльменом, одетым по последней моде и явно увлеченным красотой своей партнерши.

– Мистер Питер Нейвенби. Мы познакомились с ним на приеме у леди Джерси. Она говорила мне, что он стал умолять ее представить его, как только увидел Кэрис. Разумеется, в этом пет ничего необычного, но он проявляет к ней исключительное внимание и даже уговорил свою мать нанести нам утренний визит! Мне она очень понравилась, и, что еще важнее, ей понравилась Кэрис. По ее словам я поняла, что она опасается, как бы сыном не завладела какая-нибудь охотница за богатыми мужьями, но миссис Нейвенби сразу почувствовала, что Кэрис к ним не принадлежит. – Фредерика с беспокойством посмотрела на его лордство. – Это была бы хорошая партия, не так ли?

– Молодой Нейвенби? – отозвался маркиз, разглядывая в монокль упомянутого джентльмена. – Даже весьма хорошая! У него есть все необходимые качества – в смысле происхождения и состояния. О последнем, правда, можно говорить только в перспективе, но будем надеяться, что его отец долго не протянет.

– Я ни на что не надеюсь! – сердито сказала Фредерика. – Как можно говорить такие ужасные вещи – даже вам, милорд!

– Но я думал, вы решили выдать Кэрис замуж за богача!

– Я не решила и не говорила ничего подобного. Мне просто хочется видеть сестру хорошо и удобно устроенной – это не имеет ничего общего с охотой за титулом и состоянием! Чего я не хочу, так это ее брака со смазливым тупицей, вроде вашего кузена, чье состояние такое же маленькое, как его мозги! Я была бы вам очень признательна, если бы вы пресекли эту историю в зародыше!

– Должно быть, вы наслушались мою кузину Лукрецию. Позвольте заверить вас, что Эндими-он отнюдь не нищий! Он унаследовал немалые деньги!

– Прошу прощения! – чопорно произнесла Фредерика, сознавая, что, поддавшись раздражению, нарушила правила приличия. – Мне не следовало говорить такое о вашем кузене.

– О, у меня нет на это никаких возражений, – равнодушно откликнулся Элверстоук. – Я питаю крайне малый интерес к Эндимиону и не имею ни малейшего намерения вмешиваться в его дела. Так что вам не придется быть мне признательной. – Он устремил на нее насмешливый взгляд, но она отвернулась, закусив губу. – Это должно принести вам некоторое утешение, не так ли?

– Нет. Вы заставили меня огрызнуться, но я не хотела вас оскорблять. Надеюсь, я не настолько неблагодарна!

– Вы меня не оскорбили, и я не нуждаюсь в вашей благодарности, – сказал маркиз. Удивленная его резким тоном, Фредерика с сомнением и не без испуга на него посмотрела. Его лицо было непроницаемым, но вскоре он улыбнулся и промолвил обычным вялым голосом: – Благодарность – одна из вещей, которые наводят на меня смертельную скуку.

– Тогда вы не должны давать мне повод чувствовать ее, – ответила она.

Маркиз снова перенес внимание на Кэрис.

– Молодой Нейвенби выглядит недурно! Насколько я понимаю, вы оставили надежды на сэра Марка?

– Да, полностью! Вы были правы: он всего лишь мечтатель. Посмотрите на него – он сидит рядом с миссис Порткол и наблюдает за Кэрис с нелепой улыбкой! Его нисколько не заботит, что она танцует с мистером Нейвенби!

– Верно! – согласился Элверстоук. Монокль вновь вступил в игру, обшаривая комнату, покуда не нашел нужный объект. – В отличие от моего тупоголового кузена.

– Он действительно тупоголовый! – дерзко заявила Фредерика.

– Я никогда этого не отрицал, поэтому воздержусь от того, чтобы отплатить вам тем же.

На щеках Фредерики появились ямочки, но она с достоинством осведомилась:

– Очевидно, вы имеете в виду, что моя сестра… не слишком умна?

– Если хотите, можете выражать это таким образом. Ваша сестра, Фредерика, красивая дурочка, и вы отлично это знаете!

Честность помешала ей отвергнуть это обвинение.