– Мне нравится идея выбора моей судьбы.

Серафина улыбнулась.

– И я так думала. Но осторожнее. Ты не знаешь всего, что происходит в твоем мире. На фоне собираются силы, и я не хотела бы, чтобы твою жизнь разорвало как мою.

– Где… где мне найти утерянных? – спросила Сирена.

– Некоторое потеряно не просто так, – сказала Серафина. Она скрестила руки и смотрела на свою утраченную дочь, Анну. – Они не хотят быть найденными.

– Это не ответ.

– Возможно. Рассказать тебе еще историю? – спросила Серафина с блеском в глазах.

– Нет. Я хочу ответ. Мне не нужно знать о прошлом. Мне нужна помощь с будущим.

– Боюсь, прошлое информативнее будущего.

– Едва ли. Твое прошлое – история любви.

– История любви, сломавшей мир, – печально сказала она. – Любовь – самая мощная сила на земле.

Сирена вздохнула и кивнула.

– Это я видела.

– Твои проводники знают об утерянных. Думаю, они ждали правильного человека, который найдет их, Сирена.

– Но где мне их искать? Пожалуйста, скажи, Серафина!

Серафина открыла рот, но домик задрожал.

– Что происходит? – Сирена вскочила на ноги.

– Наше время вышло.

– Я не готова уходить.

Серафина обняла ее.

– Я никогда не буду готова.

– Мне кажется, что ты мне мало рассказала.

Она кивнула.

– Ты права. Тебе нужно многому учиться. Возвращайся, когда твоя магия духа будет тебя защищать. Обещаю рассказать, сколько смогу. И, Сирена?

– Да?

– Не используй вторую монету.

– Что? Почему?

– Я совершила раз эту ошибку. Не повторяй ее.

– Но это не объяснение, – закричала Сирена, домик пропал.

Серафина угасла, оставляя Сирену одну с вопросами, что делала та монета.

* * *

Сирена проснулась с вскриком. Свет лил сквозь ставни. Прошли часы, но с Серафиной она пробыла меньше часа. Время там явно текло по–другому.

– Сработала? – спросила Вера.

Сирена кивнула.

– Да.

– Что она сказала? – пылко спросила Матильда.

Они обе сильно устали, но радовались магическому открытию.

– Она… сказала, что утерянные не хотят быть найденными. Что мои проводники, вы, знаете о них. Что они ждали нужного человека для этого. Снова загадки. Простите. Она рассказывает подробно только о своем прошлом.

Вера села на пятки и вздохнула.

– Боги!

– Боги! – выпалила Матильда. – Она хочет, чтобы мы шли к пещерам.

– Пещеры? – спросила Сирена. – Как вы это поняли из моих слов?

– Она сказала, что мы были проводниками, и что мы знаем дуть. Это так, – сказала ей Вера.

– Да?

Матильда кивнула, кусая нижнюю губу.

– Она могла иметь в виду только два места в Эмпории.

– Мы проверяли там сотни раз, – возмутилась Вера.

– Но, может, только Сирена может отыскать пещеры.

– Какие пещеры?

– Пещеры утерянных, – сказала ей Матильда. – Древнее поселение драконов до того, как их чуть не уничтожили. До того, как драконы убежали. У нас хотя бы есть направление.

– Да? – спросила Сирена.

– Переход в Пустых горах.

Сирена поежилась от мысли.

– Разве там нет призраков?

– Эта репутация у него из–за драконов. Многие теперь осторожно ходят по горам, – сказала Вера.

– Драконы были альфа–хищниками. Звери Перехода процветают без них, и теперь это место ужасов.

– И мы туда пойдем? – Сирена сглотнула.

Матильда и Вера кивнули.

– Как можно скорее.

55

Беженцы

Авока запрыгнула в комнату через окно со вздохом. Она выглядела утомленно, но выпрямилась и отряхнула одежду.

– Ничего. Ни лошадей, ни наших вещей.

Сирена помрачнела.

– Придется попросить Аралин.

– Ей это не понравится, – сказала Авока.

– Знаю.

– Это нас задержит. На день. Может, дольше.

Сирена кусала губу и смотрела на Альбу. Она почти не видела город прошлой ночью, когда ее тащили в Гильдию.

Он был… мрачным.

Иначе не опишешь. Здания были темными и зловещими, блестели свежим снегом. Из грозных спиральных башен церквей, усеивающих город, торчали шпили. Она видела, как шестеро мужчин в длинных черных одеяниях прошли в церковь дальше по улице до рассвета. День был холодным и тусклым. Пару лучей солнца на горизонте уже скрыли снежные тучи, заполнившие небо.